Какие новые технологии появятся в энергетике и какие вызовы ей предстоит преодолеть, в ходе Открытого интервью шеф-редактору «ЭПР» Славяне РУМЯНЦЕВОЙ рассказал историк, футуролог, геополитик Сергей ПЕРЕСЛЕГИН.
— Сергей Борисович, были ли у вас какие-то прогнозы на текущий год для энергетической отрасли?
— Хотел бы уточнить, что прогнозы формируются не на год, а на более длительные периоды времени. Из того, что прогнозировалось ранее и происходит сейчас, я бы отметил глобальный энергопереход.
Его зачастую интерпретируют как переход к зеленой или какой-нибудь еще «цветной» энергетике. Однако энергопереход вообще не об этом.
Его суть в двух позициях. Первая — в развитых странах катастрофически не хватает производства электроэнергии. При переходе в мир технологий искусственного интеллекта даже без повсеместной роботизации нам придется повысить производство электроэнергии минимум в два раза, а максимум в три. Если начнется роботизация и одновременно с этим возрастет коммунальное потребление электроэнергии, например, за счет использования тренажеров виртуальной реальности, эта величина может быть еще выше.
Но даже вариант удвоения производства электроэнергии за 20 лет — серьезный вызов для энергетиков. Никто не будет отвечать на него отказом от нефти, газа и даже от угля — в новых условиях нужна вся энергия, до которой можно дотянуться. Я говорю про все страны, включая Россию.
Второй аспект — повышение качества электроэнергии. Под качеством я подразумеваю стандарты частоты, амплитуды и, в первую очередь, бесперебойного снабжения. Для работы центров обработки данных, развития ИИ нужна хорошая, фиксированная по амплитуде и частоте, безотказная электроэнергия. Автоматически возникает вопрос о создании накопителей, которые должны рассматриваться не как вариант снижения пиковых нагрузок, а как резервы на самый крайний случай. Ранее резервной генерацией снабжались атомные станции, военные центры, отчасти медицинские и аэропорты.
Сейчас ситуация кардинально изменилась: скоро всем потребуется много энергии и ее нужно будет производить. В России с этой точки зрения все очень неплохо. В частности, в атомной энергетике замкнутого цикла. Пример — строительство БРЕСТ (быстрого реактора естественной безопасности со свинцовым теплоносителем) и БРЕСТ-ОД-300, испытания реактора БН (на быстрых нейтронах) с переработанным топливом.
Не стоит забывать и про нефтегаз. То, что Европа не хочет покупать у нас энергоресурсы, с моей точки зрения, позитивный для России факт. Это дает возможность распределять их внутри страны по достаточно дешевым ценам, что локально невыгодно для экспортеров, но зато очень выгодно для хозяйствования страны в целом. Россия не настолько зависима от экспорта сырья, как принято считать.
— Насколько значительно может сказаться на энергетике развитие искусственного интеллекта?
— У энергетиков появилась возможность останавливать скважинные трубопроводы до аварии и быстро устранять неисправность. Речь идет не столько об экономическом эффекте, сколько об ощущении безопасности работы.
«Скоро всем потребуется много энергии и ее нужно будет производить. В России с этой точки зрения все очень неплохо. В частности, в атомной энергетике замкнутого цикла».
Многие технологии ИИ, например, дроны, космические наблюдательные аппараты, адаптивная логистика стали более доступными. Та же автоматическая система управления энергопотоками была одним из достижений Советского Союза и сейчас она становится гораздо более адаптивной, в нее можно будет включать гораздо меньшие мощности.
Освоение Северного морского пути потребует от нас расширения генерации: поскольку в некоторые места невыгодно и неудобно проводить линии электропередачи, нужно будет делать локальную генерацию и создавать локальные умные сети. Нет сомнений: искусственный интеллект продолжит развиваться — чем дальше, тем быстрее.
— Означает ли это новую технологическую волну?
— В норме технологические волны «поднимаются» от 40 до 50 лет. Нынешняя волна началась в 2012 году, плюс-минус три года, и должна была закончиться в 2045-2047 годах. После этого началась бы следующая. Но по некоторым важным причинам искусственный интеллект несовместим с индустриальной фазой развития.
Нам придется совершить резкий и болезненный фазовый переход, предполагающий другой тип человека, другие способы мышления, другое образование. Вопрос даже не в том, что такие кардинальные перемены требуют времени и что между фазами бывают «темные века», которые могут быть короткими — примерно 20 лет и длинными — в пределах 200-250 лет. Данная волна последняя в текущей фазе развития, и она, образно говоря, имеет длинный хвост.
Мы предсказываем ее завершение при идеальных обстоятельствах, когда нет ни большой войны, ни катастрофы, на 2060−2065 годы. После этого может начаться следующий такт развития. Хотя лично я жду следующего такта с включением принципиально новых групп технологий скорее с 2100-х годов.
— Какие новые технологии могут появиться в ближайшее время?
— В области нефти и газа продолжится работа со сложными месторождениями с загрязненной нефтью, нефтяными песками, будут совершенствоваться способы очистки.
«Успокою: в ближайшие 60 лет ИИ не сможет решать задачи, которые мы не решили. То есть можно попросить его управлять энергосистемой, потому что люди умеют это делать и могут его научить».
В атомной энергетике медленно, мучительно переходим на замкнутый цикл. В конце 2025 года промелькнула информация, что в Китае сделали реактор пятого поколения с гомогенной средой и с использованием ториево-уранового цикла. Это значит, нам нужно делать как минимум такой же ход.
В термоядерный синтез я не верю. Проблема не в том, что его нельзя сделать, а в том, что энергия термояда будет чрезвычайно дорогой и грязной. Вероятно, инженеры найдут выход и сделают красивую демонстрационную установку, но роль термояда в генерации будет нулевой.
Но могут появиться три «святых Грааля» энергетики. Первая — высокотемпературная сверхпроводимость — это революция такого же масштаба, как создание паровой машины и переход от дров к углю, а затем к нефти. Вторая — передача энергии без проводов на большие расстояния — то, что когда-то обещал сделать Тесла. Третья — дроны практически бесконечного радиуса действия.
Еще один «святой Грааль» — использование атмосферного электричества — того, что бьет по земле в виде молний, но это уже в большей степени фантастика.
Возможно, в будущем появится идеальный накопитель, способный накапливать энергию при подключении к розетке за счет сверхпроводящего кабеля. С одной стороны, его можно будет использовать как источник бесперебойного, причем крайне надежного питания, с другой, это будет компактное устройство, содержащее практически любую энергию.
— Изменится ли роль человека с учетом автоматизации и роботизации?
— Развитие искусственного интеллекта, безусловно, приведет к массовой безработице. Такой этап уже был в истории человечества: когда появились машины, многие люди, занимавшиеся физическим трудом, остались без работы. С развитием ИИ высвобождаются специалисты, зарабатывавшие на жизнь умственным трудом. В конечном счете все эти люди находят себе место в новом мире.
Успокою: в ближайшие 60 лет ИИ не сможет решать задачи, которые мы не решили. То есть можно попросить его управлять энергосистемой, потому что люди умеют это делать и могут его научить. Можно заставить пересчитать все запятые в романе «Война и мир», поскольку кто-то занес этот роман в базу данных. Возникает иллюзия, что ИИ умнее нас. Но в действительности он может адаптировать к той или иной ситуации уже найденные решения.
Значит, для того чтобы работать с искусственным интеллектом, нужны очень развитые люди, понимающие, какие задачи ИИ может решать, а какие нет. Плохая новость — те, кто не сможет управлять искусственным интеллектом в своей сфере, в горизонте 20 лет будут исключены из работы.
В энергетике, думаю, проблем будет меньше, чем в большинстве других отраслей. Кроме управления автоматическими системами, многие процессы здесь выполняются вручную. Вместе с тем, в России не очень много роботов и им нужно очень много энергии. Существует группа задач, в том числе обычных, производственных, где труд человека более выгоден, и он продолжит заниматься физической работой с помощью необходимой техники.
В энергетике, которой предстоит динамичное развитие, будет, скорее, проблема нехватки людей.