В 2021 году, по сравнению с 2020-м, аварийность на опасных производственных объектах в целом выросла на 22%, а количество несчастных случаев со смертельным исходом увеличилось на 26%. И если в нефтегазовом секторе ситуация на первый взгляд кажется не столь критичной (здесь фиксируется рост аварийности на 12%, несчастных случаев — на 7%), то, например, в сфере нефтедобычи все гораздо хуже: рост аварийности на текущий момент превысил 60%, а количество несчастных случаев со смертельным исходом увеличилось на 25%.

Недоработка, которая касается всех

Допуск к работе неквалифицированного персонала — это первая и главная причина негативной динамики в данной сфере, — поделился результатами анализа статс-секретарь — заместитель руководителя Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор) Александр Дeмин на конференции «Промышленная безопасность и охрана труда в ТЭКе». Речь идет о сотрудниках, не прошедших стажировку, аттестацию и не имеющих соответствующих допусков.

Вторая причина — привлечение ненадлежащих подрядных организаций к выполнению работ на опасных производственных объектах. Сотрудники таких организаций сами нередко оказываются в числе пострадавших.

Третья причина — нарушение технологий производства и невыполнение регламентов работ по техническому обслуживанию, а также превышение предельных сроков эксплуатации техустройств.

«В сфере промышленной безопасности остается много острых вопросов. Один из них касается увеличения количества промышленных объектов, технические и технологические ресурсы которых близки к предельным или полностью исчерпаны. Как поступать с такими объектами, пока неясно, — комментирует президент Союза нефтегазопромышленников России Генадий Шмаль. — Допустим, буровая вышка отработала 20 лет. Что с ней делать — продлить ресурс или сдать в металлолом? Нам нужен арбитр, который будет решать такие вопросы». Однако о том, кто им может выступить, нет единого мнения ни на площадке Общественного совета при Ростехнадзоре, ни на площадке Ростехнадзора в целом.

Вместе с тем, пресловутый человеческий фактор является сегодня причиной 60% аварийных и несчастных случаев.

«Все эти факторы мы анализируем, проводим постоянную работу с нашими территориальными поднадзорными организациями, разрабатываем меры по исключению озвученных факторов. Работать над этим нужно, ведь эта недоработка касается нас всех — и надзорных органов, и самих организаций, — заявил Александр Демин, добавив, что не стоит обольщаться относительно хороших показателей по итогам 2020 года. — Учитывая ситуацию с пандемией COVID-19 и действовавшие ограничительные меры, у многих предприятий просели некоторые показатели, в том числе по объему производства, что, в свою очередь, сказалось на снижении аварийности».

Правила, написанные кровью

По мнению Генадия Шмаля, нужно обратить внимание и на недостаток информации о техническом состоянии оборудования, в том числе об имеющихся дефектах, и на недостаточный уровень квалификации привлекаемых экспертов. А также не игнорировать тот факт, что условия функционирования предприятий ТЭКа усложнились.

«Еще 15 лет назад, когда был принят Технический регламент Таможенного союза «О безопасности машин и оборудования», в нем были совершеннейшие нелепости. Дело в том, что этот техрегламент разрабатывали наши друзья-белорусы. Они добились того, что сеялки, веялки и даже борона подлежат обязательной сертификации, а нефтегазовое оборудование, работающее под давлением 150–200 атмосфер, не обязательно для сертификации, — комментирует Генадий Шмаль. — Я писал записки президенту, премьеру, но РСПП дрогнул и сказал: «Давайте все-таки поддержим этот документ, а изменения внесем потом». Прошло 15 лет, но в данном техрегламенте не изменили ни одной запятой. Однако наши компании: «Газпром», «Транснефть» все-таки нашли выход. Они создали свою систему корпоративной сертификации».

Также, считает эксперт, в совершенствовании нуждается действующее законодательство в сфере недропользования, а именно закон «О недрах», принятый более 20 лет назад.

«Он сыграл свою роль, но сегодня напоминает американскую Конституцию: в нем так много поправок, что ничего не найдешь. Поэтому нужна новая редакция закона «О недрах», где можно и нужно прописать многие вопросы. В том числе и те, которые касаются промышленной безопасности, в частности, требования к промысловым трубопроводам, — говорит эксперт. — Если разобраться, сегодня в сфере добычи аварии в основном происходят на соединительных трубопроводах от скважины до товарного парка, потому что жидкость, которую мы добываем из пласта, содержит и песок, и все что угодно. Отсюда — большая ручейковая коррозия и, как следствие, отказы промысловых трубопроводов. Надо создать стандарты, которым бы отвечали эти трубопроводы».

Президент Союза нефтегазопромышленников России убежден: вопросы, связанные с промышленной безопасностью, являются приоритетными для энергетической отрасли, их нельзя задвигать на второй план», — резюмировал Генадий Шмаль.

Меры запущены

Ростехнадзор заявил о намерении стимулировать компании к соблюдению мер промышленной безопасности и охраны труда. Так, в 2021 году были запущены меры стимулирования добросовестности. Для организаций, у которых на протяжении пяти лет не было аварий и несчастных случаев со смертельным исходом, увеличен период между плановыми проверками.

В этом же году стартовал эксперимент по дистанционному контролю. Его поддержали «Газпром», «Газпром нефть», «Лукойл», «Транснефть» и другие отраслевые компании. РСПП предложил продлить эксперимент, изначально рассчитанный на 2021–2022 годы, еще на два года и установить непосредственно нормативно-правовыми актами положения о том, что организации, передающие данные в рамках дистанционного мониторинга, не будут подвержены плановым проверкам в отношении соответствующих данных.

«Федеральный закон № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре)» напрямую такой возможности пока не дает. Она допустима только в случае установления обязательного дистанционного мониторинга, для чего еще нужно пройти непростой путь, — заявил представитель Ростехнадзора. — На этапе эксперимента наша служба поддерживает такой подход. Сейчас будем готовить соответствующий проект НПА и двигаться дальше. Надеемся, правительство нас поддержит».

Успехи есть, но и проблемы остаются

Что еще делают компании для предотвращения аварий и несчастных случаев?

Организации системы «Транснефть» осуществляют эксплуатацию 393 опасных производственных объектов трубопроводного транспорта нефти и нефтепродуктов. Из них 295 относятся к I классу опасности, 98 — ко II классу опасности. При этом для осуществления деятельности на территории 61 субъекта РФ в 8 федеральных округах получена 21 лицензия по эксплуатации взрывоопасных и химически опасных производственных объектов I, II и III классов опасности.

«В наших организациях работает система управления промышленной безопасностью, которой установлены структура и порядок организации производственного контроля на объектах трубопроводного транспорта. Требования направлены на поддержание высокого уровня надежности и безопасной эксплуатации объектов», — сообщил начальник отдела промышленной безопасности, предупреждения чрезвычайных ситуаций и гражданской обороны ПАО «Транснефть» Роман Барков.

Для обеспечения контроля и управления технологическим процессом перекачки нефти и нефтепроводов по трубопроводной системе ПАО «Транснефть» внедряется Единая система диспетчерского управления (ЕСДУ). В ее составе: система диспетчерского контроля и управления, централизованная система противоаварийной автоматики, система обнаружения утечек и прочие. Применение современных технологий ЕСДУ и ее подсистемы позволит предотвратить или сократить тяжесть последствий нештатных ситуаций, в том числе за счет своевременного информирования оперативно-диспетчерского персонала о возникновении таких ситуаций, а также автоматически перевести трубопровод в безопасное состояние, что в свою очередь обеспечивает высокий уровень надежности.

Большое внимание охране труда и промышленной безопасности уделяет «Лукойл».

«На протяжении нескольких лет мы демонстрируем низкий уровень травматизма, что, к сожалению, нельзя сказать про аварии. Они в основном связаны с трубопроводами, — отмечает начальник Управления промышленной безопасности ПАО «ЛУКОЙЛ» Александр Абашин. — Например, в этом году было две аварии, связанные с внутрипромысловыми трубопроводами. Почему так происходит? Ростехнадзор провел колоссальную работу по пересмотру нормативных документов, но остались документы низшего уровня, которые Ростехнадзор не хочет рассматривать. Это в том числе РД — методические документы для диагностировании и определении остаточного ресурса оборудования. Кроме того, некоторые документы или отменены, или морально устарели».