Переговоры по Южно-Русскому не могут длиться вечно, заявил вчера предправления E. On Бернхард Ройтерсберг: «Надеюсь, в течение года мы [c “Газпромом”] договоримся».

Эти переговоры длятся более четырех лет. Что будет, если и за год не решится вопрос, Ройтерсберг говорить не стал, признав, что не все переговоры заканчиваются сделкой.

Главная проблема, по мнению Ройтерсберга, — рост цен на нефть. Из-за него постоянно пересматриваются оценка и набор активов, которые E. On передаст «Газпрому» в обмен на 25% в Южно-Русском (европейские цены на газ растут вслед за нефтяными котировками), отметил он.

Деньги «Газпрому» не нужны — он нацелен на экспансию, ему нужны активы, которые иначе он вряд ли сможет получить, объясняют менеджер E. On и сотрудник «Газпрома».

«Газпром» в июле 2006 г. подписал с E. On рамочный протокол о передаче 25% минус 1 акция «Севернефтегазпрома», владельца лицензии на Южно-Русское (тогда добыча на нем еще не началась). Это стало бы крупнейшим добывающим активом E. On. В обмен за него он должен был отдать доли в трех венгерских активах. Разницу предполагалось оплатить деньгами, а сделку закрыть к лету 2007 г. Но не вышло. Сначала «Газпром» заявил, что не успел — из-за сделок по «Сахалину-2», «Мосэнерго» и проч. Потом — что его уже не устраивают активы в Венгрии, которая задержала либерализацию рынка газа.

E. On сделала новое предложение, но список активов уже не раскрывала. Не назвал его вчера и Ройтерсберг. Представитель «Газпрома» Сергей Куприянов не комментирует ход переговоров с E. On.

Пока E. On переписывала предложения, «Газпром» успел закрыть сделку с другой германской компанией — BASF. Осенью 2007 г. они вместе запустили Южно-Русское.

Протокол с BASF был подписан в апреле 2006 г., и с того момента список активов для обмена не поменялся — за 25% в проекте «Газпром» получил от BASF 14,9% германского трейдера Wingas (увеличив долю с 35% до 49,9%) и 49%-ные доли в двух нефтяных проектах в Ливии. Сумма сделки составила 1,43 млрд евро ($2 млрд, из них 598 млн евро — деньгами). E. On сделка обойдется дороже, говорил ранее «Ведомостям» топ-менеджер «Газпрома». Какая цена устроила бы E. On, Ройтерсберг не сказал, опрошенные «Ведомостями» эксперты оценивают весь «Севернефтегазпром» в сумму до $10 млрд.

BASF повезло, завидует менеджер E. On: в Западной Европе у E. On нет совместных с «Газпромом» трейдеров, чтобы провести такой обмен, а доли в лицензиях — в Северной Европе, Алжире и Египте не так интересны «Газпрому», как ливийская нефть. При этом E. On нужно Южно-Русское — по политическим причинам (это ресурсная база для газопровода Nord Stream, совладельцем которого является E. On) и по экономическим (у «Газпрома» монополия на экспорт газа, только в партнерстве с ним можно получать прибыль от поставок в Европу), объясняет собеседник «Ведомостей».

У E. On есть непрофильный актив, который она могла бы передать «Газпрому», — акции «Газпрома», напоминает менеджер российской монополии. E. On контролирует 6,4% акций «Газпрома», вчера они стоили почти $22 млрд. Такой обмен обсуждается, знают менеджер E. On Ruhrgas и сотрудник «Газпром экспорта».

Ройтерсберг это отрицает: E. On даже не думала об этом, заверил он «Ведомости». Зампред правления «Газпрома» Александр Медведев сказал, что ему о таком варианте обмена не известно.