Назван главный потребитель СНЭ
«Потенциал роста промышленного потребления систем накопления энергии в РФ мы видим в четырех основных сегментах: электротранспорт, электроэнергетика, промышленное применение и ОПК», — сообщила
начальник отдела развития систем накопления энергии и оборудования для возобновляемой энергетики Департамента машиностроения для ТЭК Минпромторга России Елена Дмитриева на заседании секции по законодательному регулированию распределенной энергетики и ВИЭ.
Так, электротранспорт будет занимать 75% доли рынка СНЭ к 2030 году. Проблема в том, что в настоящее время отечественные производители не могут предложить конкурентоспособные решения в области АКБ. Это значит, требуется строительство новых заводов.
Не случайно в секторе электротранспорта акцент сделан на поэтапную локализацию технологий, всех элементов цепочки поставок и создание «вытягивающих» производств: аккумуляторных батарей, катодных и анодных материалов, силовой электроники и электродвигателей. Ожидается, что по каждой из указанных технологий будет заключено не менее четырех специнвестконтрактов.
«Что касается финансовой поддержки, предполагается привлечение средств Фонда национального благосостояния. Всего на «вытягивающие» производства предусмотрено 38 млрд рублей», — уточнила Елена Дмитриева.
По оценкам ведомства, системная поддержка электротранспорта даст мощный стимул развитию всей отрасли систем накопления энергии в РФ: с текущего уровня 0,2 ГВт•ч к 2024 году этот показатель достигнет 2,4 ГВт•ч и к 2030 году — 17,7 ГВт•ч в год. Потенциал производства ячеек для АКБ для мобильных и стационарных применений СНЭ оценивается к 2030 году в размере 6 ГВт•ч.
Хотя спрос на подобные решения пока сравнительно низкий, у нас в стране существует производство батарей из литий-ионных аккумуляторов, этим занимаются как минимум четыре предприятия. В 2020 году такой продукции было отгружено на сумму около 600 млн рублей.
Стоит ли рассчитывать на электроэнергетику?
Минпромторг считает целесообразным поддержать отрасль СНЭ путем формирования устойчивого консолидированного спроса в сфере электроэнергетики, которая является вторым базовым сегментом спроса на системы накопления энергии. Потенциал спроса со стороны данного сектора составляет 1 ГВт•ч в год к 2024 году и не менее 2,4 ГВт•ч в год к 2030 году.
Во исполнение пункта 1 перечня поручений Президента РФ в целях развития в России высокотехнологичной области технологий по передаче электроэнергии и распределенных интеллектуальных энергосистем в конце 2020 года Правительство РФ и «Россети» подписали соглашение о соответствующих намерениях. В рамках его реализации разработана дорожная карта, ключевым технологическим направлением которой стало применение СНЭ. Один из целевых показателей — достижение объема промышленного производства и продаж на внутреннем и внешнем рынках отечественной продукции СНЭ в размере 9 млрд рублей к 2021 году и 38 млрд рублей к 2030-му.
«Реализация мероприятий дорожной карты не приводит к существенному росту спроса на отечественные системы накопления энергии, — констатирует представитель Минпромторга. — Мы считаем необходимым провести оценку эффективности мероприятий дорожной карты, установить целевые показатели формирования консолидированной потребности ПАО «Россети» в отечественном оборудовании СНЭ, а также предусмотреть мероприятия по снятию барьеров для внедрения СНЭ в энергетике».
Вместе с тем, Елена Дмитриева полагает, что в условиях стремительного роста производства и потребления систем накопления в мире доля российского рынка будет оставаться минимальной.
«Государственный подход при формировании промышленной политики в отношении СНЭ заключается в одновременном стимулировании спроса стратегических сегментов потребления, развитии производства СНЭ и связанных производств материалов для систем накопления энергии, компонентов, радиоэлектронной промышленности, — говорит эксперт. — Конкурентоспособность отечественной отрасли СНЭ может быть обеспечена только через опережающее развитие перспективных технологических направлений на базе существующего задела отечественных научных разработок. В РФ имеются разработки мирового уровня в сфере технологий СНЭ».
На текущий же момент главным мероприятием для развития данной отрасли до 2030 года (план мероприятий утвержден зампредом Правительства РФ Александром Новаком. —
Прим.авт.) является разработка комплексной научно-технической программы полного инновационного цикла технологий накопителей электроэнергии на основе современных материалов.
Россия опять в отстающих
В долгосрочной перспективе развитие СНЭ не менее значимо, чем развитие ВИЭ как таковое. Несмотря на то что в 2021 году в послании Федеральному Собранию Президент обращал внимание на необходимость развития систем накопления энергии, в РФ пока сопоставимой по активности работы в этом направлении не ведется, заметил первый зампредседателя Комитета Госдумы по энергетике Валерий Селезнев.
Депутат посетовал на то, что формирование национальной промышленности СНЭ и развитие рынка применения таких систем в экономике России наступило с существенным опозданием. В США первые проекты начали реализовываться еще в 2010 году, в Китае и Великобритании — в 2015-м, в Австралии — в 2017-м.
В России серьезные разговоры на этот счет начались в 2016 году, а в августе 2017-го Минэнерго РФ опубликовало Концепцию развития рынка систем хранения электроэнергии в РФ, целью которой было создание новой высокотехнологичной отрасли. Для ее достижения ведомство предложило поддержать ряд пилотных проектов, в том числе реализацию обеспечивающих НИОКР, снять регуляторные барьеры, разработать мероприятия по стимулированию спроса на системы хранения электроэнергии и развитию рынка, осуществить меры по развитию научно-технологической инфраструктуры.
«Однако с тех пор большого прорыва в развитии систем накопления в России не произошло. Современные проекты в данном направлении появились только в 2018 году, ранее копить энергию можно было только в микромасштабах (аккумуляторах, бытовой технике и электромобилях).
Сейчас развитием СНЭ занимаются некоторые наши компании и госкорпорации — «Россети», «Росатом», «Роснано», — подчеркнул Валерий Селезнев, добавив, что в общем представлении укореняется мысль, что накопители необходимы для поддержания работы ВИЭ, в этом их основное назначение. — В реальности же возможности применения накопителей гораздо шире: это и компенсация пиков потребления энергии, оптимизация энергоснабжения в изолированных энергосистемах и на удаленных территориях».
Кстати, профильное министерство видит большой потенциал для применения СНЭ и их использования в комбинации с объектами генерации как ВИЭ, так и существующих модернизированных дизель-генераторных установок на изолированных, труднодоступных территориях.
Специалист Департамента оперативного управления в ТЭК Минэнерго РФ Ирина Васильева подчеркнула, что к настоящему моменту суммарная установленная мощность гидроаккумулирующих электростанций (ГАЭС) превышает 1600 МВт. В этом году планируется ввод еще одной станции. В основном рассматривается установка ГАЭС в ОЭС Юга — там необходимо компенсировать рост доли генерирующих мощностей на основе ВИЭ, которые имеют негарантированную мощность выдачи. Конкретные площадки, где будут устанавливаться станции, мощности и сроки ввода будут дополнительно проработаны до сентября текущего года. Опыт установки таких автоматизированных гибридных энергокомплексов имеется у «РусГидро» и у «Хевел».
«Вопрос в экономике. Большинство подобных проектов реализуется в конструкции энергосервисного договора, такой конструкцией активно пользуется «РусГидро», — говорит Ирина Васильева. — Применяется и механизм концессионных соглашений, в соответствии с которым закрепляются взаимные обязательства концессионера-инвестора и органа государственной власти или органа местного самоуправления. Концессионные договоры заключаются в отношении эксплуатации, модернизации находящихся в государственной и муниципальной собственности объектов генерации».
Отсутствует даже определение
Перспективным направлением развития СНЭ, по мнению Минэнерго, является использование их в составе оборудования сетевых компаний в целях обеспечения надежности и качества электроснабжения преимущественно для усиления существующей сети при технологическом присоединении.
«Значительный потенциал использования систем накопления мы видим в их применении у потребителей, которые с использованием СНЭ могут оптимизировать режим собственного потребления и снижать стоимость покупки электроэнергии и оплаты при ее передаче, — говорит представитель ведомства. — Кроме развития литий-ионных технологий представляют интерес альтернативные технологии электрохимических систем с использованием натрия, магния. В отрасли уже сформирован целый перечень научно-исследовательских работ, которые будут вестись в данном направлении».
Между тем, ряд факторов ограничивает использование СНЭ. В их числе — отсутствие в действующей нормативной базе самого определения «система накопления энергии». Минэнерго ожидает утверждения постановления Правительства, которое позволит сделать первый шаг в решении данного вопроса. Кроме того, не определен статус владельца системы СНЭ при продаже электроэнергии на оптовом и розничном рынках, что делает невозможным его полноценное участие на рынке мощности.
Готовится к утверждению дорожная карта по развитию технологий создания систем накопления, которая может быть представлена в Правительство РФ в апреле 2022 года. Ее разработкой занимается ГК «Росатом», работа ведется совместно с Минэнерго.
МНЕНИЯ
Федор Опадчий, председатель правления АО «СО ЕЭС»:
«С точки зрения большой энергосистемы не так важно, какая технология применяется для накопления энергии, важно то, какие системные задачи она решает. Одной из таких задач, с учетом неравномерности потребления и того состава оборудования, которое есть в РФ, является увеличение эффективности использования традиционных источников электроэнергии путем применения СНЭ.
У нас на сегодня, с учетом ночных провалов, часть высокоэффективного оборудования разгружается в ночные часы. Соответственно, может быть поставлен вопрос, чтобы за счет СНЭ обеспечить возможность их работы в базовом или наиболее эффективном режиме. Это даст экономию топливных затрат и с учетом углеродной повестки позволит снизить выбросы за счет того, что часть выработки дорогой генерации в пиковые часы будет по сути замещена более эффективной выработкой в ночные часы плюс ее накоплением.
Задача счетная. Она может быть посчитана, исходя из сегодняшних режимов работы энергосистемы: известно, какое оборудование может быть дозагружено и его примерные топливные затраты. Вопрос упирается в общую экономическую модель — при каком капексе накопители являются для большой энергосистемы востребованными уже сейчас. Мы делали такие прикидки. Основная эффективность достигается в сценариях, когда появляется плата за выбросы. Все-таки у нас разница цен на рынке РСВ не такая большая, учитывая, что у ГАЭС, как у любой системы накопителей, есть потери, то если посчитать чисто экономический эффект от ввода накопителей, можно понять прямую экономику за счет оптимизации загрузки имеющегося парка мощностей.
Важный аспект: поскольку системы накопления позволяют в пиковые часы снимать потребность в наименее эффективных мощностях, на длинном горизонте можно говорить о том, что объем традиционной генерации для покрытия пика может быть снижен за счет внедрения СНЭ. Да, необходимо инвестировать в строительство систем накопления, но можно не инвестировать в поддержание какой-то части традиционных мощностей. Этот эффект, безусловно, носит более длительный характер, но в ситуации прогнозируемого роста потребления баланс мощности, если будут добавлены накопители, снизит потребность в традиционных мощностях.
Третий аспект касается развития ВИЭ. Учитывая то, что энергосистема сталкивается с проблемами, связанными с их негарантированной выработкой, появляется потребность в быстрых сбросах и наборах нагрузки, которые могут быть обеспечены за счет использования систем накопления. Мы говорим о ситуации на среднесрочную и долгосрочную перспективу, поскольку наличие регулировочных возможностей в ЕЭС в целом — не то же самое, что наличие регулировочных возможностей в отдельных ее частях. Мы можем не дотянуться до возможностей регулирования, например, на гидростанциях, которые есть сегодня, с тем, чтобы компенсировать резкие сбросы и наборы нагрузки на ВИЭ. Формирование технологической потребности в СНЭ во многом зависит от некоего сценария размещения значимых объемов ВИЭ и их вида в том числе.
Олег Васильев, начальник отдела работы на энергорынках Дирекции по работе с естественными монополиями ОК РУСАЛ:
«Одной из проблем при использовании систем накопления является их быстрая деградация. По имеющейся информации, СНЭ деградируют примерно на 20% ежегодно. Мы проводили для себя исследование возможности установления систем накопления энергии и, как крупный потребитель, смотрели не 0,3 и не 0,5 МВт, а 10 МВт. У нас данная система не смогла окупиться по той простой причине, что при регулярном использовании в часы пик региона она деградирует в течение 5 лет. При этом срок ее окупаемости составляет 15, а в некоторых случаях и 20 лет.
Взять, к примеру, литий-ионные батареи, которые используются в сотовых телефонах и автомобилях — они могут выйти из строя за 3–5 лет. А ведь на промышленных объектах будут использоваться такие же батареи.
Мне кажется, что в своих дорожных картах «Росатому» и «Россетям» надо предусмотреть научные разработки, потому что зарубежные технологии не лучше тех, которые представлены в РФ. Взять программу поддержки ВИЭ, начавшуюся в ЕС и в США с заделом, что скоро появятся СНЭ, которые в будущем сделают из источников возобновляемой энергии полноценную генерацию, и ее можно будет использовать, в том числе для промышленных потребителей. Реализовать это до настоящего момента не удалось».
WhatsApp
ВКонтакте
.svg)
