Одна из важных составляющих повышения энергоэффективности – развитие распределенной генерации, то есть локальных энергетических мощностей.

Но в России это направление при планировании развития энергосистемы долго игнорировалось, за исключением удаленных территорий. Оно считалось экономически невыгодным. Однако ситуация изменилась с удорожанием электроэнергии от централизованных источников, развитием технологий, в том числе цифровых, ростом газификации.

Распределенная генерация по‑русски

В начале 2018 г. Министерство энергетики России заявило: генерирующее оборудование устарело. Средний возраст, например, ТЭС – около 32 лет. Специалисты подчеркнули: в ближайшем будущем придется вывести из эксплуатации, реконструировать или заменить новыми мощностями около 70 ГВт. Эксперты Московской школы управления СКОЛКОВО подтвердили возможный кризис энергетической сферы, назвав необходимость масштабного привлечения инвестиций главным вызовом для оте­чественной энергетики. Но количество станций, требующих усовершенствования, можно снизить за счет развития распределенной генерации, и она наконец привлекла к себе серьезное внимание.

При этом бездумное копирование методов и подходов других стран стало бы ошибкой – у России свой потенциал, уникальные возможности и свои проблемы. Ставка была сделана в пользу получения энергии на основе как возобновляемых источников, так и традиционных видов топлива. Главным преимуществом ученые назвали гибкость новой модели, в которой в равной степени учитываются интересы производителей, потребителей и посредников.


Глава «Россетей» Павел Ливинский перечислил основные факторы эффективного и безопасного перехода на новое технологическое управление: это обеспечение финансовой устойчивости сетевых предприятий, развитие отечественных производств компонентных баз.


Оценив преимущества увеличения доли распределенной генерации, 7 мая 2018 г. президент Владимир Путин в указе о стратегический задачах до 2024 г. отдельным пунктом выделил необходимость развития данного направления. Он поручил правительству подготовить план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры с учетом новых требований.

Будущее – уже сейчас

Все чаще мы слышим и о том, что распределенная генерация – один из ключевых инструментов для роста надежности энергоснабжения потребителей. Этот вопрос, в частности, обсуждался 28 августа в рамках форума «Технопром-2018» на заседании, посвященном будущему электроэнергетики. Функционирование принятой ранее модели генерации – децентрализованной – было дополнено существенными нюансами: эксперты обратили внимание на уникальность климата России, технологическую самобытность производства и специ­фику каждого региона. С учетом новых данных было предложено с большой осторожностью подходить к внедрению новых технологий. Следование принятым особенностям позволит добиться существенных результатов уже к 2021 г. Тогда ввод распределительной генерации превысит ввод централизованных мощностей и в дальнейшем станет отличным подспорьем для развития экономики.


Оценив преимущества увеличения доли распределенной генерации, президент Владимир Путин в указе о стратегический задачах до 2024 г. отдельным пунктом выделил необходимость развития данного направления.


Громкие заявления продолжились в рамках Российской энергетический недели, центральной темой которой стала устойчивость энергетической сферы в условиях меняющейся картины мира. Оценивая возможности «дорожной карты» EnergyNet, которая позволит вывести отечественную энергосистему на качественно новый уровень, заместитель министра энергетики РФ Алексей Текслер сказал: «Мы говорим не только о технологиях, но и об изменении энергетического ландшафта, бизнес-моделей и подходов в энергетике, а также о повышении эффективности. В целом на сегодняшний день можно сказать, что Россия – высокотехнологическая страна по внедрению интеллектуальных цифровых решений в энергетике, и мы будем этот тренд продолжать».

Продолжит ли сфера с прежним энтузиазмом меняться в угоду новым запросам потребителей и поставщиков, станет известно совсем скоро: впереди – очередное обсуждение и подписание указов о национальных целях и стратегических задачах развития РФ, которое, как всегда, затронет и сферу энергетики.

Мнение

Алексей Хохлов, руководитель направления «Электроэнергетика» Центра энергетики Московской школы управления СКОЛКОВО:

– С одной стороны, у каждой страны есть своя специ­фика – и Россия безусловно ею тоже обладает. Это обширная территория, холодный климат – и, как следствие, важность не только электро-, но и теплоснабжения, а также существование развитой централизованной энергетической системы.

Помимо объективных отличий, каждая страна формирует собственную энергетическую политику, по‑разному расставляя акценты в пространстве так называемой «энергетической трилеммы»: энергетическая безопасность, энергетическая доступность и энергетическая устойчивость. В отличие от многих других стран Россия пока не ставит задачи сокращения выбросов парниковых газов в качестве основного приоритета энергетической политики – на первом плане у нас ограничение роста цен на электроэнергию темпом не выше инфляции. И это тоже накладывает отпечаток на решения о приоритетном направлении расходования инвестиционного ресурсам – в 2018 году таковым стало продление ресурса старых тепловых станций в рамках программы модернизации по схеме ДПМ-штрих.

Поэтому бездумное копирование технологий и подходов, сложившихся в других странах, безусловно, является ошибкой – очевидно, что нам не нужно пытаться угнаться за Калифорнией.

Но другой крайностью является представление о заведомо проигрышной экономической эффективности малой и распределенной генерации по сравнению с традиционной крупной энергетикой. В этой парадигме распределенная генерация представляется злом, паразитирующем на теле единой энергетической системы за счет экономии на оплате сетевой составляющей тарифа при сохранении резервирования от централизованной системы и перекладывании своей части затрат на оставшихся потребителей.

К концу XX века эффект масштаба перестал работать так хорошо, как это было еще в 1950‑х, – появились новые технологии производства электроэнергии, – газотурбинные, газопоршневые и парогазовые – которые позволили создавать недорогие и эффективные электростанции небольшой мощности (от десятков киловатт до десятков мегаватт). У распределенной генерации есть и другие преимущества – например, добавление новых мощностей можно делать более мелкими приращениями в зависимости от реальной динамики и расположения спроса (избыточность и недозагруженность крупных мощностей, построенных по программе ДПМ-1, зачастую не там и не в том объеме хорошо известна).

При этом, на самом деле, говорить нужно не только про распределенную генерацию, а про весь комплекс распределенных энергетических ресурсов, включая помимо РГ еще и управление спросом, управление энергоэффективностью, микрогриды, распределенные системы хранения электроэнергии и электромобили.

В итоге регулятор, на словах говоря про поддержку развития распределенной генерации, фактически склоняется к ограничительным мерам борьбы с ней – в эту логику ложатся и инвестиционные приоритеты, и активное обсуждение платы за сетевой резерв, и затягивание принятия нормативных актов, поддерживающих микрогенерацию на ВИЭ (после поручения президента прошло уже два года, а результата пока нет). Однако в этой ситуации риск «эффекта снижения по нисходящей спирали» (систематическое снижение выручки по причине некорректных предположений о потребительском поведении) только возрастает. Предпринимаемые действия по предотвращению ухода крупных потребителей на собственную генерацию с соответствующим перекладыванием финансовой нагрузки на остальных потребителей приводят к увеличению стимулов для этих крупных потребителей уйти из централизованной системы.

Мы не ратуем за какие‑то особые меры поддержки распределенной генерации – а поддерживаем сбалансированный подход к развитию всех видов энергетических ресурсов. Для снятия противоречий в энергетической политике следует признать распределенную энергетику важным элементом развития электроэнергетики России и активно задействовать ее возможности при разработке и реализации схем и программ развития электроэнергетики регионов.