До последнего времени среди крупных российских нефтяных компаний серьезный интерес к зарубежной добыче демонстрировал, пожалуй, только ЛУКОЙЛ. Но в уходящем году проектами в новых для них регионах, в частности в Северной Африке, заинтересовались и другие российские нефтяники, и не только они. Западные эксперты связывают усиление внимания мировых нефтедобытчиков к работе в «нетрадиционных» регионах с ужесточением политики России, Казахстана и других традиционных поставщиков энергоресурсов по отношению к иностранным компаниям. При этом мировые инвестиции в нефтегазовый сектор с 2000 года выросли на 70%.

Как считают авторы World Energy Investment Report 2006, изменения в политике ряда стран, где энергетический сектор контролируется государством, значительно упростили приток в них иностранных инвестиций. Эти страны снизили налоги и открылись для инвесторов. Однако эксперты отмечают и серьезные шаги в обратном направлении. Например, латиноамериканские нефтяная и газовая отрасли стали примером таких ограничений, особенно после майского решения властей Боливии национализировать нефтегазовый сектор, а венесуэльский президент разрешил работать в стране только европейским и азиатским компаниям.

В уходящем году эксперты отмечают тенденцию притока иностранных инвестиций в североафриканские страны. Так, в декабре австрийская OMV приобрела у египетской EGAS 100% шельфового Блока 11 в Северной Африке площадью около 9,14 тыс. кв. км. Меморандумы о сотрудничестве и взаимопонимании с EGAS подписали российские «Газпром» и НОВАТЭК. Тендеры на разведку и разработку участков в Египте также выиграли норвежская Statoil и британская Centrica, которые совместно с другими компаниями получили 80% и 30% соответственно в проектах по ос­воению нефтегазоносных участков.

Заметную активность в привлечении инвестиций проявляла в этом году другая североафриканская страна — Ливия, которая провела уже третий этап тендера на разведку участков. Ливийская Na­tional Oil Corporation намерена привлечь инвестиции в объеме 30 млрд долл. для увеличения добычи нефти до 3 млн барр. в день к 2010 году с нынешних 1,7 млн барр., а также увеличить объемы экспорта природного газа и нефтехим­продуктов. Эксперты полагают, что ино­странцев привлекают крупнейшие за­па­сы североафриканской страны, оцениваемые американской Администрацией экономической информации в 39 млрд барр. Среди победителей конкурсов российские «Татнефть» и «Газпром».

Немалую роль в повышении объемов инвестиций играет Китай, на который приходится около 40% суммарного роста спроса на нефть в мире. Причем, по прогнозу Economist Intel­ligence Unit, в ближайшее десятилетие эта доля вырастет до 55—60%. Ведущие китайские госкомпании в последние годы активно занимались скупкой долей в проектах за пределами страны. CNPC приобрела добывающие активы в Азербайджане, Канаде, Казахстане, Венесуэле, Судане, Индонезии и Иране. Sinopec также скупала активы за рубежом, в частности в Иране и Канаде.

Значительным прорывом в расширении своего влияния в Азии можно считать достигнутые договоренности «Роснефти» в Китае. Российская компания планирует построить в Поднебесной нефтеперерабатывающий завод и сотни автозаправочных станций. Возведением завода и АЗС займется совместное предприятие «Роснефти» и ки­тайской государственной нефтяной компании CNPC. Кроме того, CNPC будет заниматься нефтедобычей на востоке России, а «Роснефть» в будущем увеличит экспортные поставки сырой нефти в Китай.

По данным Международного энергетического агентства, мировые инвестиции в нефтегазовый сектор выросли на 70%, до 340 млн долл., в 2005 году с 200 млн долл. в 2000 году. Однако, по мнению экспертов, они должны быть существенно увеличены. Агентство сделало прогноз, согласно которому мировую экономику может ждать кризис инвестиций именно в энергетический сектор. Дело в том, что систематическое увеличение издержек производства на товары, используемые в отрасли, объ­ясняют практически весь этот рост. Скорректировкой на инфляцию реальные инвестиции в нефтяной сектор выросли на 5% с 2000 до 2005 года.