Расходы естественных монополий будут тщательно изучены и проанализированы. Со следующего года их закупки будут проходить специальный ценовой аудит, результаты опубликуют в Сети, рассказал "РГ" министр экономического развития Алексей Улюкаев.А также пояснил, есть ли у нас шансы ускорить рост экономики, надо ли объединять ФАС и ФСТ и будут ли прибыльны вложения в инфраструктурные проекты.

Минэкономразвития подготовило долгосрочный прогноз экономического развития. Раньше люди, которым сейчас 43 года и которые должны выйти на пенсию в 2030 году, надеялись, что к этому времени у них будет достойная пенсия. Но по вашим расчетам, средняя пенсия составит 24 тысячи рублей. С учетом инфляции это больше сегодняшней всего на 30-40 процентов.

Алексей Улюкаев: Разве 30-40 процентов роста в реальном выражении это так уж плохо?

Я бы не сказал, что такой рост является чем-то обескураживающим или очень уж пессимистическим. Хотя, действительно, это означает, что коэффициент замещения, то есть соотношение между средней пенсией и заработком, прожиточного минимума пенсионера и пенсий будет меняться очень незначительно.

И других шансов нет?

Алексей Улюкаев: Прогноз сделан в трех вариантах. За основу мы взяли консервативный сценарий, по которому в среднем экономика за этот период будет расти темпами примерно 2,5 процента в год.

Есть и более оптимистичные варианты, особенно так называемый "форсированный" сценарий, предполагающий серьезные изменения в экономической политике. Такие, как смягчение денежно-кредитной политики, изменение "бюджетного правила", более быстрый рост кредитования, серьезный рост инвестиций. Но каждое такое решение несет определенные риски. Поэтому на ваш вопрос, может ли быть по-другому, я отвечу: да, при определенных обстоятельствах.

Если мы будем в состоянии достичь более высоких показателей в части экономического роста, то и пенсионные расходы смогут быть выше.

Правительство может сделать выбор в пользу более оптимистичного, форсированного сценария?

Алексей Улюкаев: Это предмет обсуждений. Но лично я не поддерживаю большинство предложений, которые называются в числе необходимых для форсированного сценария. Они несут большие риски с точки зрения стабильности, надежности, устойчивости нашего развития.

Я считаю, что ценностью является все-таки устойчивый экономический рост. Лучше иметь постоянный рост на уровне 3 процентов, чем иметь то плюс 7 процентов, то минус 7.

На фоне дефицита средств особенно актуальна тема инвестиционной привлекательности. Что нужно кардинально поправить в нашей стране для того, чтобы к нам потекли инвестиции?

Алексей Улюкаев: Поведение инвестора очень сложное. Инвестор - пугливый, его поведение стадное.

Если сравнивать фундаментальные экономические, финансовые показатели России и других стран развивающихся рынков, то наши будут лучше. У нас маленький госдолг, бездефицитный бюджет, довольно развитые финрынки, свободное движение капитала. А в Индии, например, высокая инфляция, большой долг, несвободное движение капитала. Вы не войдете свободно на их рынок. Но совокупная оценка нашей страны инвесторами почему-то ниже.

Получается, наша инвестиционная привлекательность хуже, чем наши фундаментальные обстоятельства.
Так почему это происходит?

Алексей Улюкаев: Сказываются разные факторы. Есть сугубо пиаровские вещи, связанные с тем, как страна сама себя подает.

Видимо, мы все не очень хорошо маркетируем себя как страну, как экономику, как совокупность правил и отношений. Но это не самое главное.
Что же главное?

Алексей Улюкаев: Тот набор противоречивых сигналов, которые мы посылаем бизнесу. С одной стороны, мы пытаемся улучшить деловой климат через дорожные карты национальной предпринимательской инициативы. Это здорово, там проделана большая работа. Но, с другой стороны, попробуйте подключиться к электрическим сетям, получить разрешение на стройку. Вот мы сейчас помогаем с оформлением земельного участка одной из крупных компаний в Подмосковье, подключаемся к сопровождению проекта еще одной компании на Кубани. И видим, насколько все это долго, нудно, муторно. Так медленно движется, что просто скрипит. Инвесторов это пугает. Валютного риска нет, рыночного нет, но какие же надо потратить колоссальные усилия, чтобы реализовать проект!