В начале апреля мало у кого были сомнения в том, что роста цен на нефтепродукты не избежать. Котировки мирового рынка на нефть и ее производные были высокими, оптовые цены на российском рынке находились на «некомфортном» для нефтяных компаний уровне приведенной от мирового рынка цены. Незначительная премия от оптовой реализации на внутреннем рынке просто не предполагала снижения цены.

К этому периоду изначально существовало много вопросов. Были ли в начале года достигнуты договоренности регуляторов с нефтяниками о «неповышении» в предвыборный период цен? Стояли ли за этим некие потенциальные «компенсации» или все было на уровне договоренности о намерениях? Как предполагалось компенсировать рекордную скидку на отгружаемое сельхозникам дизельное топливо? И как нефтяники реализуют это на практике? Сейчас эти вопросы стали «малоактуальны» и скорее всего уйдут вместе со старым правительством.

А в то время ситуация была нервной, так как многие до сих пор помнят прошлогодний бензиновый кризис. Напомню, ситуация сложилась на рынке таким образом, что увеличение стоимости 95-го бензина на 5—7% в рознице было очень вероятно. Компании перестали ждать компенсаций и потихоньку начали «поджимать» в оптовом сегменте, а на биржевые цены в тот период было вообще невозможно ориентироваться. Нефтяные компании явно намекали регуляторам, что рынок готов к более высоким ценам. Если бы все это затянулось еще на месяц, то вероятность повышения цен стала бы фактом. А если изменения в рознице рассчитать от уровня цен биржи, на которую теперь приходится большая часть свободного рынка нефтепродуктов, то этот факт оказался бы раза в два выше прогноза.

Спасла нас от этого, как ни странно, Европа. Ситуация вокруг Ирана, оказывающая поддержку высоким нефтяным ценам, стала спокойнее, и рецессия в Европе сыграла на понижение. Казалось бы, для нашего внутреннего рынка это благо, теперь нет повода для роста цен. Однако он это благо принимать не торопится. Опять не сработала система, которую регуляторы не первый год пытаются привить рынку. Конечно, если первые четыре месяца она не работала по воле самих регуляторов, то сейчас сложно ждать от нефтяных компаний быстрой реакции. Между тем цены на АЗС медленно, но верно ползут вверх на протяжении всего этого времени.

Хорошо, что выборы теперь только раз в шесть лет. Но ведь и этот промежуток времени хочется жить планомерно и без потрясений. Литр 95-го бензина ценой 30 руб. — это, согласитесь, для конечного потребителя психологический рубеж, и мы к нему подошли вплотную.

Наш новый премьер Дмитрий Медведев сразу после утверждения в должности призвал людей «последовательных, но неудобных» к работе в общественных советах при ведомствах, чтобы потом с их помощью оценивать деятельность министерств. При структурах, регулирующих внутренний рынок нефтепродуктов, таких общественных органов нет. Об их создании много говорят, но толку нет. Видимо, не очень хочется этим министерствам и ведомствам получать оценку такого рода от специалистов, непосредственно работающих на рынке.

Наверное, тогда придется искать другие методы оценки, доступные каждому потребителю. 30 руб. за литр бензина на АЗС — чем не оценка их деятельности?