Пандемия привела к резкому снижению экономической активности, мирового спроса на энергоресурсы и обрушению цен на них. Среди пострадавших – российская нефтегазовая отрасль – одновременно упали спрос и цены. В краткосрочной перспективе это создает угрозу радикального сокращения выручки от экспорта энергоресурсов, а в долгосрочной – ускорение энергоперехода и передел энергетических рынков.

Как пишет в газете «Ведомости» Татьяна Митрова, директор центра энергетики Московской школы управления «Сколково», основной удар пришелся по нефтяному рынку. Беспрецедентное падение спроса на нефть (на 30% в апреле 2020 года и почти на 10% в среднем по году, по оценкам МЭА) при избытке ее предложения привело к дисбалансу, с которым участникам рынка еще не приходилось сталкиваться, что вылилось в рекордное падение цен. С января до середины апреля нефть Brent подешевела в 3,5 раза, а фьючерсы на WTI впервые за всю историю биржевых торгов продавались по отрицательной цене.

Газовая отрасль пострадала в меньшей степени – сокращение спроса на 3–5%. Но цены на газ во всем мире уже рухнули примерно до уровня внутрироссийских, а на основном для России европейском рынке сильное падение спроса во II–III кварталах в условиях высокого заполнения подземных хранилищ газа могут спровоцировать ценовую войну, схожую с войной на нефтяном рынке. С учетом печальных результатов I квартала и сокращения спроса в 2020 года можно ожидать снижения поставок российского трубопроводного газа в Европу на 25–35 млрд куб. м. 

Таким образом, речь идет о двукратном падении цен и сокращении на 20–25% российского экспорта нефти, газа и угля одновременно, что эквивалентно потере 60% доходов от экспорта. Для бюджета это означает сокращение доходов примерно на 30% как раз в тот момент, когда население и бизнес больше всего нуждаются в господдержке. Потери экспортных доходов нефтегазового сектора в 2020 году составят 7–8 трлн. рублей, в 2021году – 5,5 трлн. рублей, что сопоставимо со всем фондом национального благосостояния.

Помимо сырьевого экспорта COVID-19 создает также риски для электроэнергетики и теплоснабжения. Основная угроза – не падение спроса, а резкое снижение выручки по причине неплатежей. Постановление правительства о неначислении штрафов за неплатежи уже было воспринято многими потребителями как карт-бланш, и неплатежи нарастают в течение апреля – мая впечатляющими темпами, создавая угрозу веерных банкротств по примеру 1990-х гг.