Защита должника от начисления неустойки, в том числе и за поставленную электроэнергию, по знаменитому «антибанкротному» постановлению правительства не абсолютна. Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации в ноябре дала толкование одной из распространенных ситуаций.

Дело было в Саратове

Решение по иску акционерного общества «Саратовэнерго» к государственному унитарному предприятию Саратовской области «Облводоресурс» о взыскании долга за потребленную электроэнергию и неустойки является, очевидно, прецедентным.

Суть спора: «Саратовэнерго» поставило в июне 2022 года потребителю «Облводоресурс» электроэнергию на сумму 22,84 млн рублей, но оплату не получило.

Энергокомпания обратилась в арбитражный суд с иском о взыскании задолженности, а также неустойки за период с 19.07.2022 по 19.09.2022 в размере 472,2 тыс. рублей. Неустойка исчислена на основании пункта 2 статьи 37 Федерального закона от 26.03.2003 №35-ФЗ «Об электроэнергетике».

По основному долгу вопросов не возникло, энергия поставлена, платить надо. Но инстанции арбитражных судов разошлись во мнении — следует ли взыскивать неустойку. Первая инстанция поддержала поставщика.

Но Двенадцатый арбитражный апелляционный суд и Арбитражный суд Поволжского округа отказали во взыскании неустойки за период с 19.07.2022 до окончания действия моратория, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Что определил ВС

«Поскольку в данном случае требование об оплате задолженности за потребленную в июне 2022 года электроэнергию возникло у предприятия «Облводоресурс» после введения моратория, неустойка за несвоевременную уплату спорной задолженности подлежит начислению в обычном порядке без исключения мораторного периода». Так сформулировал смысл решения экономколлегии ВС РФ.

Согласно статье 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство РФ вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве.

Постановление № 497 основано на этом законе, им на территории Российской Федерации сроком на шесть месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве.

На основании пункта 7 постановления Пленума Верховного суда РФ от 24.12.2020 № 44 в период действия моратория не применяются финансовые санкции. Это относится к таким начислениям, как проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойка, пени за просрочку уплаты налога или сбора.

Но, подчеркнул ВС, по общему правилу в период действия моратория финансовые санкции не начисляются только на требования, возникшие до введения моратория.

В конкретном же случае долг возник уже в период, когда мораторий вступил в силу.

Решение Арбитражного суда Саратовской области, решившего взыскать в полном объеме основной долг и неустойку, оставлено в силе. А решения апелляционной и кассационной инстанций, отказавших во взыскании неустойки, отменены.

Не первый случай

Споры вокруг применения моратория не уникальны.

Так, в деле о споре федерального казенного учреждения «Уголовно-исполнительная инспекция Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области» и ООО «Уральская энергосбытовая компания» суды, вплоть до Арбитражного суда Уральского округа (жалобы в ВС РФ не было), последовательно пришли к выводу о неприменении моратория и взыскании с управления исполнения наказаний неустойки в 13,6 тыс. рублей.

Судами установлено, что обязательства «Уральской энергосбытовой компании» по поставке электрической энергии за июнь 2022 года исполнены после 01.04.2022, то есть после введения в действие моратория, установленного Постановлением № 497. И обязательства по оплате стоимости этого ресурса также возникли после 01.04.2022.

«Неустойка за несвоевременную оплату спорной задолженности в данном случае подлежит начислению в обычном порядке, без исключения мораторного периода», — говорится в решении арбитража Уральского
округа.

---

Поскольку в данном случае требование об оплате задолженности за потребленную в июне 2022 года электроэнергию возникло у предприятия «Облводоресурс» после введения моратория, неустойка за несвоевременную уплату спорной задолженности подлежит начислению в обычном порядке без исключения мораторного периода.

---

ООО «Сибирская Теплоснабжающая Компания» (г. Новосибирск) взыскала в двух инстанциях с жилищного кооператива «Мечта» основной долг за потребленную тепловую энергию с октября 2022 года по май 2023 года (1,07 млн рублей), а также пени за период с 11.08.2022 по 04.10.2023 (217,5 тыс. рублей). Последнее решение принято в январе 2024 года, есть возможность продолжения процесса.

Отклоняя доводы ЖСК о неприменении моратория, суд апелляционной инстанции пояснил, что абзацем десятым пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве предусмотрено прекращение начисления неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Опять же суды ссылаются на постановление пленума ВС РФ № 44, пункт 7.

Общее правило о квалификации требований в качестве текущих платежей приведено в статье 5 Закона о банкротстве, согласно пункту 1 которой под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено Федеральным законом. Возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

При этом необходимо рассматривать требование о взыскании финансовых санкций (неустоек, процентов) как дополнительное по отношению к основному обязательству; судьба дополнительного требования следует судьбе основного требования (пункт 11 постановления пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», пункт 1 постановления пленума ВАС РФ от 06.12.2013 № 88 «О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве»).

Некоторые выводы:

1. Ограничения в связи с введением моратория не содержат изъятий в отношении требований, срок исполнения которых по их условиям не наступил. 2. Решение вопроса о квалификации требования как текущего относительно даты введения моратория зависит лишь от даты возникновения обязательства. 3. Срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства. Требование существует независимо от того, наступил срок его исполнения или нет. Для целей определения момента возникновения обязанности по оплате значение имеет дата оказания этих услуг (поставки товара), несмотря на то что исполнение данной обязанности может по согласованию сторон быть перенесено на более поздний период (например, путем привязки к подписанию акта, выставлению счета-фактуры, посредством предоставления отсрочки либо рассрочки исполнения). 4. Если поставка неоплаченного ресурса была произведена после начала действия моратория на сумму денежного обязательства ответчика, правомерно подлежала начислению неустойка.