Современный мир во многом находится в ситуации неопределенности. Технологические концепции, которые ранее считались общепризнанными, сегодня требуют кардинального пересмотра. Данный тренд затронул и электроэнергетику. Что на этот счет думают представители отрасли?

Минэнерго: 6 трлн рублей инвестиций за 20 лет

За минувшие два десятилетия изменилась система госуправления и регулирования отрасли в целом. В частности, разделение по видам деятельности позволило более эффективно выстраивать работу каждой компании, работать с издержками, создать элементы конкуренции, уверен директор Департамента развития электроэнергетики Минэнерго России Андрей Максимов.

«В электроэнергетику за 20 лет привлечено 6 трлн рублей инвестиций: 3,4 — в генерацию и 2,6 — в электросетевой комплекс.

В рамках первой программы ДПМ построено 136 объектов. Кроме того что появились новые объекты генерации, снизились УРУТы, уменьшились цены РСВ.
Продолжается стартовавшая в 2022 году программа модернизации по тепловой генерации. В рамках нее уже отобрано 27 ГВт, будут модернизированы 127 проектов.

Стоит посмотреть на КИУМы — это один из элементов работы системы. У нас по тепловой генерации КИУМ составляет 52%, в то время как в среднем по миру он достигает примерно 38%. Выходит, КИУМы лучших экономик существенно ниже, чем в российской энергетике.

Хочу отметить: инвестиции, поступающие в энергетику, это не просто «закапывание» денег. У энергетики один из самых больших мультипликативных эффектов в части того, куда эти деньги тратятся. Так, доля продукции для нужд электроэнергетики в объеме производства машиностроительной продукции составляет от 12,5 до 15%. То есть все деньги, которые идут в отрасль, направляются, прежде всего, в машиностроение и дают хороший эффект внутри страны.

Что касается задач на ближайшую перспективу. Мы сфокусируем внимание на выполнении поручений Президента. В частности, строительстве ГЭС и ГАЭС. В числе стоящих перед нами задач — строительство сетевых объектов для синхронной работы ОЭС Сибири и ОЭС Востока. Еще одно важное направление касается развития электроэнергетики второго этапа Восточного полигона РЖД. Эта переориентация потребовала масштабного сетевого строительства. Продолжится и программа модернизации ТЭС. Также по поручению Президента будем доводить долю атомной генерации в стране до 25%».

Совет рынка: Почему мы должны субсидировать ДПМ ВИЭ и ТБО?

Сегодня есть некоторые «секторальные» надбавки, которые при всей их кажущейся значимости для отрасли не связаны с энергетикой. Хотя там присутствует энергетическая составляющая. Это ДПМ ВИЭ и развитие генерации на сжигании твердых бытовых отходов (ТБО), заявил председатель правления Ассоциации «НП Совет рынка» Максим Быстров.

«Мы тратим примерно 150 млрд рублей в год на развитие соответствующих промышленных производств и кластеров, что очевидно является задачей Минпромторга. Для нас загадка, почему мы должны субсидировать отрасль по сжиганию ТБО и развитие производств в области ВИЭ? В конце концов, есть Фонд развития промышленности, можно было бы субсидировать оттуда.

Вызывают вопросы и так называемые «региональные» надбавки. Я имею в виду не только Крым и Калининград, но и Дальний Восток, где мы просто субсидируем возможное будущее развитие экономики данного региона. Это, по большому счету, является общефедеральной задачей и, по нашей логике, должно было бы субсидироваться из бюджета. На «региональные» надбавки тратится 75 млрд рублей в год. Эти деньги могли бы быть вложены в промышленность, в инвестиции, поднятие уровня зарплат и другие важные для страны вещи.

Не стоит забывать про перекрестное субсидирование. У нас есть особые регионы, в которых электроэнергия продается по регулируемой цене не только населению, но и остальным потребителям. Программа вводилась в 2010 году как временная, сейчас 2023 год. Непонятно, когда ее отменят — все это стоит для генераторов серьезных денег.

Мы проанализировали: тенденция роста ускоренного потребления населения приводит к тому, что привязывать генераторов по регулируемым договорам (РД) становится все сложнее. Не хватает дешевых генераторов, которые могли бы поставлять дешевую электроэнергию по РД. Более того, нам пришлось принимать поправки в федеральный закон о том, что новых регионов с РД не будет.

Я убежден: там, где есть рынок, там есть прозрачное ценообразование. И мы можем менять правила, не отказываясь от базовых принципов. Там, где рынка нет, сложно бороться. Там решения принимает Правительство, и порой оно само не радо росту цен на электроэнергию.

Чтобы понять, что ждет энергетику, нужно разобраться, какая генерация нужна потребителям: доступная или дешевая или доступная и дешевая. Многие промышленные потребители и инвесторы заявляют: для них не столько важна цена, поскольку она довольно предсказуема, сколько возможность свободного подключения.

Ввиду последних событий важны технологическая независимость, экономическая эффективность, низкоуглеродность, высокая надежность. Однако зачастую эти требования противоречат друг другу. Надежность стоит денег, как и низкоуглеродность. Мы знаем, сколько стоила первая программа ВИЭ, теперь, с изменением принципов отбора, знаем, сколько будет стоить вторая.

Я считаю, что в ближайшее время энергетикам придется определиться с приоритетами и идти на определенные компромиссы. Сейчас все происходит по принципу — кто первый добежал до Президента, премьер-министра, курирующего вице-премьера, тот и получил приоритет. Так быть не должно. Должны быть обозначены четкие приоритеты в привязке к планам развития, к Энергостратегии РФ.

На мой взгляд, будущее российской энергетики — в стратегии win-win («Выиграть/Выиграть»). В нашей отрасли другого быть не может. Если стратегия позволяет выигрывать как генераторам, так и потребителям, при этом развивать страну, то она перспективна. А стратегия win-lose («Выиграть/Проиграть»), неважно, кто «лузер» — промышленность или энергетика, нежизнеспособна.

Причем стратегию win-win можно применять на практике прямо сейчас. Взять сетевой резерв. Мы раньше, как сообщество, не считали это решение особо перспективным, но в нем есть определенные положительные моменты. Все-таки, возможно, стоит наиболее дешевым образом перераспределить существующие мощности от тех, у кого они просто про запас, к тем, кому они сейчас реально необходимы. Это сложный вопрос, но его придется решать тем или иным способом, потому что эгоистичное узкокорпоративное поведение как генераторов, так потребителей и регуляторов, до добра не доведет».

Госдума: Развивая ВИЭ, не надо резать по живому

Одна из проблем развития зеленой генерации связана с тем, что участники отрасли изначально не определились с целеполаганием ВИЭ. А когда обсуждалась вторая программа поддержки, то долго бились, кому это важно: промышленности, банкингу или кому-то другому? Пришли к выводу, что всем, кроме большой энергетики, заметил первый заместитель председателя Комитета Госдумы по энергетике Валерий Селезнев.

«Мне совершенно непонятно, к чему мы пришли и зачем двигаемся дальше в части развития ВИЭ в имеющейся концепции. Многие считают мою позицию жесткой, но я против поддержки ВИЭ в той конфигурации, в какой она была и в какой продолжает осуществляться. Мы знаем ценовые показатели, во сколько вторая программа обойдется. Но не знаем, сколько мощностей за эти средства будет построено. А что будем делать, когда деньги закончатся? Их ведь явно не хватит до 2030 года.

После февраля 2022 года отрасль ВИЭ оказалась в непростой ситуации. Ранее нам бодро рапортовали, что отрасль создана, промышленный кластер работает, экспортный потенциал существует, и так далее. Год назад все это куда-то внезапно делось. Если мы не изменим свои подходы, боюсь, будет просто смена дружественными странами тех недружественных, которые ушли. Технологии как отсутствовали, так и будут отсутствовать. А те, которые будут имплементированы в нашу энергетику, будут устаревшие.

В марте рухнул Silicon Valley Bank, в основе которого лежали примерно 800 проектов по ветру и солнцу. Это, на мой взгляд, хороший индикатор того, что нам не надо торопиться с опережающими темпами развития ВИЭ. Мне нравится позиция Минэнерго и Минэкономразвития в части того, что ВИЭ должны развиваться в России не революционно, а эволюционно. Не вопреки, а для того, чтобы сохранить потенциал наших традиционных углеводородов.

Не надо определять с ВИЭ в общем энергобалансе, если мы не понимаем, какой баланс должен быть у нас по углю, а также по газу. Одним из вариантов развития отрасли ВИЭ может быть создание некоего государственного опорного кластера, вокруг которого абсолютно свободно найдут место разные компании».

(По материалам Энергетического форума в рамках Недели российского бизнеса-2023).