16+
Регистрация
РУС ENG
http://www.eprussia.ru/epr/374/9336040.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 18 (374) сентябрь 2019 года

Комбинация трех «Д»

 Антон Порядин, партнер, руководитель направления стратегии в странах СНГ компании аудиторско-консалтинговой компании EY (Ernst & Young)

Антон Порядин, партнер, руководитель направления стратегии в странах СНГ компании аудиторско-консалтинговой компании EY (Ernst & Young) рассказал «ЭПР» о драйверах энергетики будущего и роли потребителя в развитии отрасли и о том, что В будущем энергосистемам предстоит пройти через три переломных момента, под влиянием которых значительно изменятся энергорынки и бизнес-модели игроков.

– Антон, какими вы видите перспективы развития мировой и отечественной энергетики? Какие из актуальных сегодня трендов окажут наибольшее влияние на энергосистемы будущего?

– Глобальный энергетический переход определяют три группы тенденций. Это регуляторные, в числе которых – стимулирование сокращения выбросов СО2 в атмосферу, стимулирование эффективного энергопотребления, поддержка распределенной генерации, поддержка развития ВИЭ и других «зеленых» технологий.

Технологические: развитие электрического транспорта и отопления / охлаждения, прорывные инновации – в том числе в накоплении энергии, снижение стоимости ВИЭ (особенно солнечной), развитие технологий: «большие данные», цифровые продукты и услуги, роботизация.

И третья группа – потребительские тенденции: экономическая целесообразность генерации «собственной» электроэнергии, социальная ответственность – выбор энергоэффективных и «зеленых» решений, новая система коммуникаций.

Эти тенденции ведут к тому, что мировой рынок энергетики преобразуется в направлении, которое получило название 3Д: декарбонизация, децентрализация и диджитализация. Если более конкретно, то можно выделить три ключевых переломных момента развития энергосистем в ближайшем будущем.

Первый – когда полная приведенная стоимость 1 МВт / часа электроэнергии, произведенной с помощью солнечной генерации и накопления, становится равной полной стоимости традиционной централизованной электроэнергии – паритет систем классической энергетики и ВИЭ с учетом хранения.

Второй ключевой переломный момент – когда стоимость и эффективность электротранспорта и транспорта на ДВС становятся сопоставимы, что ведет к конвергенции энергетической и транспортной отраслей.

И наконец, третий, когда полная приведенная стоимость 1 МВт / часа электроэнергии от ВИЭ с учетом хранения становится равной стоимости только передачи электроэнергии (магистральные и распределительные сети), что ведет к изменению рынка электроэнергии.

– Каких стран коснутся и как скажутся эти переломные моменты?

– Эти переломные моменты неизбежно коснутся всех стран, но энергетика – всегда региональный рынок, и поэтому они произойдут в разное время в разных регионах. Например, по нашим исследованиям, в Австралии и Западной Европе «переломный момент-1» будет пройден уже на горизонте 2021‑2022 годов, в то время как на юго-востоке США или в богатых нефтью странах Ближнего Востока он будет пройден за горизонтом 2040 года. Конвергенция энергетической и транспортной отраслей распространится по миру примерно в одно и то же время, из‑за глобального характера транспортной отрасли – мы предполагаем, что «переломный момент -2» произойдет на горизонте 2025‑2029 годов. И наконец, «переломный момент-3», также зависящий от особенностей региона, произойдет в середине 2030‑х годов в Австралии и около 2045‑2050 годов на многих других энергорынках.

Под влиянием «переломных моментов» значительно изменятся энергорынки и бизнес-модели игроков. В генерации усилится сдвиг в сторону чистых и возобновляемых источников. Атомная энергетика сможет играть важную роль при этом переходе, обеспечивая бесперебойность энергоснабжения, будучи также «чистой» энергией. Газ еще долгое время останется основным источником электроэнергии, а уголь будет постепенно выбывать. К роли магистральных сетей как оператора активов и инфраструктуры добавится управление сложными активами и интеллектуальными цифровыми системами и балансирование между различными источниками и просьюмерами, а также накопление энергии. Бизнес-модель распределительных сетей также будет испытывать значительные изменения – она сдвинется в сторону экосистемы для генерирующих компаний, просьюмеров, электродвижения, что потребует усиление гибкости за счет цифровизации, кибербезопасности и развития цифровых рынков энергетических продуктов и услуг. Наконец, сбыт трансформируется в платформу, на которой потребители будут получать энергию и дополнительные услуги (подключенный дом, управление энергией, оборудование и его установка) при автоматизации контроля и учета потребления (умные счетчики) и цифровых клиентских взаимоотношений (системы сбора и анализа клиентских данных, интерактивные сервисы) с вовлечением сторонних технологических партнеров вне сектора энергетики.

Наверное, нельзя выделить единственный тренд, оказывающий максимальное влияние на энергетику будущего ,– это, скорее, комбинация трех «Д», которая даст оптимальный результат. Я бы сказал, что наибольшего прорыва жду от снижения стоимости хранения – если с сегодняшних 350 долларов за МВт / ч, стоимость сможет опуститься до 100 долларов, мы увидим лавинообразный сдвиг в сторону распределенной модели рынка.

А что же в России? Так же, как в ближневосточных странах, энергетический переход у нас не будет быстрым, прежде всего, из‑за централизованного распределения населения, индустриального характера экономики и наличия доступа к конкурентоспособному по себестоимости ископаемому топливу. Однако и российский рынок не останется в стороне от мировых тенденций и, более того, отечественные производители энергетического оборудования и решений имеют шансы принять активное участие в энергетическом переходе на зарубежных рынках.

При этом цифровизация является, безусловно, беспроигрышным шагом для российских энергокомпаний как для повышения эффективности, так и для формирования новых источников выручки цифровых продуктов и услуг. Развитие умных счетчиков, которое за ближайшее десятилетие достигнет доли в 70‑80 % во многих регионах, предиктивная аналитика и искусственный интеллект для улучшения надежности и снижения затрат, интернет вещей и облачные вычисления – это не только еще один этап повышения эффективности, но и барьер для доступа новых игроков и возможность создания потенциальной «уберизации» – агрегации спроса и предложения. В этой связи энергокомпании должны приоритизировать инвестиции в уже зарекомендовавшие себя технологии и активно отслеживать зрелость новых технологий.

– А как будет развиваться сфера электротранспорта? Увеличится ли в России спрос на электромобили?

– Сфера электротранспорта окажет огромное влияние на энергетику будущего. По нашим прогнозам, почти половина (48 %) продаваемых в мире в 2030 году автомобилей будут электрическими. Взрывной рост будет наблюдаться в Китае и Индии – в этих странах вводятся меры правительственного стимулирования (план на 13‑ю пятилетку в Китае, Niti Aayog в Индии) и имеется доступ к дешевой производственной базе. На 2030 год прогнозируем 10 % электромобилей от всего автопарка в Европе, 22 % в Китае и 14‑15 % в Индии и Калифорнии. В России, по нашим прогнозам, доля электромобилей в парке к 2025 году составит 1‑2 %, максимум 5 % к 2030 году, основной прорыв случится в следующем десятилетии при значительном снижении стоимостных характеристик. Но тем не менее даже такая цифра приведет к значительной дополнительной нагрузке на сеть во время пиков, что потребует дополнительных инвестиций в сеть и в ее гибкость.

– Сегодня потребитель становится просьюмером, сохранится ли этот тренд в дальнейшей и какова будет его роль в энергетике будущего?

– Безусловно, и даже усилится. Это связано со снижением стоимости децентрализованной возобновляемой генерации. Например, мы ожидаем, что стоимость солнечной генерации плюс хранение снизится с 4,000 долларов / кВт в 2018 году до 1,700 уже к 2027 году, что приведет к росту распределенной солнечной генерации на 300 ТВт / ч на зрелых рынках и еще на 100 ТВт / ч на развивающихся рынках. И это очень важно для энергетических компаний как с точки зрения гибкости интеграции просьюмера в сеть, обеспечения расчетов за электроэнергию в том числе на основе блокчейна), так и с точки зрения предоставления ему набора услуг в конкуренции с потребительскими брендами, давно зарекомендовавшими себя (Apple, Google, Tesla). Поэтому энергосбытовые компании должны создать совершенно новый подход к управлению сложной экосистемой с будущими партнерами – техническими компаниями, связывающими потребителей с открытым рынком энергии, автомобильными и сетевыми компаниями и поставщиками услуг.


Энергетические системы, Энергоэффективность

Похожие Свежие Популярные