16+
Регистрация
РУС ENG
Расширенный поиск
http://www.eprussia.ru/epr/177/13168.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 13-14 (177-178) июль 2011 года

Шаг вперед и три назад

Выставки и конференции Евгения ДУШАНИНА

ЧТО: VIII Международный форум «Российская электроэнергетика».
ГДЕ: Москва, гостиница «Мариотт Тверская».
СОСТОЯЛОСЬ: 23‑24 июня 2011 года.

Почему не состоялась полная либерализация рынка электроэнергии? К чему придет российская электроэнергетика, если модернизация отрасли будет проводиться по схеме «шаг вперед, три шага назад»? Где найти дополнительные источники финансирования? Государственно-частное партнерство и новые объекты генерации – где и когда следует строить? Эти и многие другие вопросы обсуждались на форуме «Российская электроэнергетика», организованном компанией C5.

На форуме собрались представители государственных органов, энергетических компаний и финансового сектора с целью обсуждения наиболее спорных вопросов, стоящих перед отраслью на сегодняшний день. Это динамика и прогнозы развития сектора на ближайшую перспективу; новые конкурентные факторы развития отрасли и роль антимонопольного регулирования в развитии розничного и оптового рынка; изменения в законодательной базе; законы о теплоснабжении и о повышении энергетической эффективности; новые технологии в электроэнергетике и в энергетическом машиностроении; проблемы запуска долгосрочного рынка мощности: тарифы и конкурентный отбор мощности; рынок мощности и его регулирование; расширение и перспективы ДПМ (договоров на поставку мощности); рынок дополнительных услуг (рынок частоты) и его перспективы; опыт перехода на RAB; результаты экономии издержек при переходе на RAB; эффективные стратегии привлечения частного финансирования и кредитования проектов энергетики и многое-многое другое.

Подробно рассматривались на форуме и механизмы ценообразования, проблемы развития ЕЭС России, а также взаимодействие рынка с государством.

Юрий Ерошин, вице-президент по управлению портфелем производства и трейдингу ОАО «Фортум»:

– Есть такое понятие – потенциал либерализации розничного рынка. Если мы посмотрим на стоимость электроэнергии для конечного потребителя, то, по нашим оценкам, 4, а то и 10 процентов от цены конечного потребителя составляет маржинальный доход энергосбытовой компании. И в этом нет ничего необычного, потому что у гарантирующих поставщиков сейчас, фактически, монопольное положение. Де-факто сегодня, если потребитель не такой крупный, чтобы на равных спорить с гарантирующим поставщиком в региональных регуляторах, продавливать свой выход непосредственно на оптовый рынок, на потребителе зарабатывают. Возможности найти альтернативного поставщика у него нет. Например, в Финляндии, Швеции потребитель, расположенный на территории работы нашей головной корпорации, – любое домохозяйство, любая квартира, частный жилой дом – может заключить прямой договор с оптовым производителем электроэнергии. Для этого нет никаких законодательных ограничений. Другое дело, что корпорация этим не занимается, поскольку перепродавцы, те самые гарантирующие поставщики, берут себе мизерную сбытовую надбавку. Мы не выходим на розницу именно в силу неэффективности этого процесса. Здесь же, в России, на перепродаже электроэнергии конечному потребителю примерно 8 процентов оседает у перепродавца. И мы понимаем, что это много. Это большой кусок пирога! И если просто создать механизмы конкуренции за этот кусок пирога, то можно ожидать значительного снижения цены на электроэнергию для конечного потребителя.

Проблема ценообразования на электрическую энергию сейчас действительно очень важна. Она крайне остра, потому что ситуация напряженная с двух сторон – генерирующие компании не могут инвестировать в модернизацию генерирующих активов, а потребители имеют прямые стимулы строительства розничной генерации для того, чтобы обеспечивать себя более дешевой электроэнергией, чем сейчас. И инфраструктура, которая, в общем‑то, должна служить тому, чтобы максимально эффективно передавать электроэнергию от эффективного генератора к потребителю, как раз не принимает во внимание никакие рыночные сигналы, которые дает рынок для своего дальнейшего развития.

Поэтому мы видим, что основная проблема ценообразования лежит в инфраструктуре. Поскольку если эта инфраструктура позволит создать нормальные стимулы хотя бы для конкуренции, хотя бы для того, чтобы мы могли работать напрямую с конечным потребителем, то это позволило бы и нам дать дополнительные источники, чтобы модернизировать и развивать генерирующее оборудование, просто повышая его эффективность. Выиграет от этого и потребитель.

Егор Гринкевич, заместитель директора Департамента развития электроэнергетики Министерства энергетики РФ:

– Несколько цифр из генеральной схемы размещения объектов электроэнергетики до 2020 года с учетом 2030 года: к 2030 году в рамках данной генеральной схемы прогнозируется уровень спроса в размере полутора миллиардов кВт-ч. Планируется демонтаж выработавшего ресурса к 2030 году – 67 Гигаватт. И оцениваемая потребность мощности – 164 Гигаватта. С учетом фактора 2010 года. Не исключено, что в 2012 году произойдет корректировка некоторых цифр в документе.

Мы хотели бы проводить разработку генсхемы достаточно публично, чтобы развернуть широкую дискуссию и учесть все, что нами, может быть, не учтено. То есть мы хотим опираться и на вашу реакцию. На ваше мнение.

Дмитрий Васильев, директор Института корпоративного права и управления:

– К государству я всегда отношусь так: это дракон, которого надо принимать во внимание. Чем меньше он на нас влияет, тем лучше для дела. Мы просто посмотрели, что происходило за последний год в электроэнергетике. 2010 год – в этот год электроэнергетика возвращается в 1990 год: мы вышли из пике, начинается развитие, начинаются первые интересные события, первые сюрпризы. Планируемый ввод мощностей – 6 тысяч МВт, а по факту было построено чуть больше 50 процентов. Возникает вопрос: что это – неразумность компании, которая упирается, не уважает правительство РФ, не уважает потребителей? Или это ошибочность государственных планов? Планы, конечно, были явно завышены в момент их создания. Затем они корректировались, но тоже слабо.

Больше всего люди переживают, что чиновники Минэнерго перегружены: все в самолетах постоянно. Потому что Сочи, саммиты, универсиады, чемпионаты по футболу. Нет-нет, это надо делать, люди должны играть в футбол, но это, возможно, причина того, что не хватает времени заниматься нормативными документами.

А на деле все просто: надо выстроить несколько принципов взаимодействия государства и рынка.

Первое. После завершения выборов какого‑то из наших двух лидеров у нас появляется политическое окошко, чтобы все‑таки закончить с перекрестным субсидированием и реализовать розничный рынок. Иначе постоянно будут возникать неплатежи и деструктивные моменты по всей цепочке. Рынок должен быть до конца либерализован.

Второе. Должна быть прозрачность в принятии решений, а самое главное – другая схема, другой порядок принятия решений о главных факторах, которые влияют на рынок. В первую очередь необходимо изменить состав совета директоров и порядок принятия плана инвестиционных программ во всех сетевых компаниях. Существенная часть всех расходов связана с сетевыми компаниями. И это в существенной мере влияет на принятие инвестиционных решений генерирующих компаний.

Государство при этом могло бы остаться в этих советах директоров, 25 процентов, представляя население.

Хочется отметить, что в последнее время присутствие на конференциях и форумах, посвященных проблемам российской энергетики, дает ощущение стойкого дежа вю: в целом речь идет об одном и том же, каждый раз специалисты указывают на одни и те же проблемы и предлагают пути их решения. Но экспертов, видимо, не слышат.

Доминик Фаш, председатель совета директоров ОАО «Энел-ОГК-5»:

– Я уже четыре года борюсь, и мне стало как‑то неинтересно повторять одно и то же…

Дмитрий Васильев:

– А мне кажется, что в России как раз нужно снова и снова повторять. Может, тогда что‑то начнет меняться.

Доминик Фаш:

– Вы, наверное, заметили, что в мире что‑то происходит. Заканчивается определенный энергетический цикл, мы все это чувствуем. Фукусима – это явный знак. Наша обеспокоенность заключается в том, что мы знаем, что будет в будущем, но мы не знаем, как конкретно оно будет происходить. Какими будут элементы этого нового цикла? Это не только технологические элементы. Понятно, что элементы технологии ускоряются. Бизнес-модель тоже может измениться. Насколько нужна атомная станция, чтобы обеспечить отопление дома? Это серьезный вопрос. И будет, наверное, с одной стороны, глобализация, с другой стороны, децентрализация. Это тоже будет изменять бизнес-модели.

Теперь что касается регулирования. Я последние три года был членом Совета рынка, и, по‑моему, ваш президент говорил, что Совет рынка не должен быть подразделением Минэнерго. Нужен сильный и, подчеркиваю, независимый регулятор. Этого сегодня нет. Мы находимся якобы в либерализации, а на самом деле существует ручное управление государства, усиленное тем, что будут выборы. Но это отдельный вопрос, на котором я не хочу сейчас останавливаться.

У России есть большой потенциал, если она сможет адаптироваться и делать правильные шаги, чтобы строить нормальный рынок. Что значит нормальный? Необходимо соблюдать основные правила, потому что эта отрасль требует стабильности и предсказуемости. Нужна прозрачность компонентов инвестиций: когда говорят о том, что тарифы взлетели, было бы очень интересно посмотреть, почему некоторые компании, в том числе государственные, взялись реализовывать программу на пять лет в один год.

Вопрос взаимосвязи между разными отраслями или разными элементами. Это цепочка, которая работает от топлива до учета. И если одного звена не хватает в этой цепочке, то реформа не работает. Например, перекрестное субсидирование: надо просто ставить точку на этом политическом решении. Есть и проблема учета: я двадцать лет в России и двадцать лет я об этой проблеме говорю. Без учета не может быть никакого сбережения.

Все взаимосвязано. И если вы не можете контролировать цепочку поступления денег, вы не можете компенсировать инвестиции, которые были сделаны в начале цепочки.

Если говорить о модернизации, то модернизация без механизма, который обеспечивает возврат инвестиций, – это нечто весьма сомнительное.

Отправить на Email

Для добавления комментария, пожалуйста, авторизуйтесь на сайте

Также читайте в номере № 13-14 (177-178) июль 2011 года: