16+
Регистрация
РУС ENG
Расширенный поиск
http://www.eprussia.ru/epr/173/12925.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 09 (173) май 2011 года

Чернобыль: репортаж двадцать пять лет спустя

Двадцать пять лет назад мировая история и практическая наука получили подтверждение теории: даже мирный атом может быть очень опасен, и никакие меры предосторожности нелишни, когда речь идет о нем.

Спустя двадцать пять лет события в Японии на АЭС «Фукусима-1» лишь напомнили об этом. Люди в Чернобыле – помнят.

Семь утра, жители города Славутича бегут на электричку. ЧАЭС работает, а добраться туда непросто. В особом составе, который везет прямо на станцию Семиходы, что в полукилометре от АЭС, проезд бесплатный, за каждым пассажиром негласно закреплено определенное место. Люди едут спокойно, размеренно, говоря о детях, делах. Но в голове почему‑то крутится лишь одно – мы едем на ЧАЭС. Нам, журналистам, напуганным материалами про безумную радиацию и фотографиями мутаций, это кажется немного дико: как же – Зона, Чернобыль, АЭС… А люди едут на работу.

И на поверку оказывается все очень просто и обыденно – дозиметрический контроль, людей подхватывает поток машин и автобусов, на станции остаемся лишь мы. Жутковато глядеть на трубу второй очереди ЧАЭС, фотографии которой обошли весь мир. Но, помня уверенность уехавших только что людей, и мы становимся спокойнее.



«Снимать можно все, кроме систем безопасности…»

Ходить пешком по территории нельзя; ждем автобус, где нам напоминают: съемка забора с охранными системами – это нарушение международного законодательства о ядерной энергии. Просят убрать камеры. На ЧАЭС можно снимать все, кроме систем безопасности…

На станции после инструктажа мы идем к блочному щиту управления третьим энергоблоком. Получаем дополнительные пропуска, надеваем белые халаты, шапочки, защитные чехлы на ботинки. Вспомнилось: коллега после нескольких поездок на специфические предприятия ботинки выкинул – давали «фон». Но опять все оказалось не так драматично: мы проверили фон своих – норма. Идем внутрь сооружения, которое туристам и всевозможным делегациям гиды показывают издалека и говорят, что находиться здесь больше десяти минут опасно.

Да, кругом камеры, знаки радио­активности, предупреждающие таблички… Вместе с тем, кругом люди, много людей. Они здесь работают, каждый день.

Третий блок ЧАЭС сейчас пустой, топливо выгрузили год назад, но реактивные вещества все еще на месте. Так что работают и система охлаждения блоков, и вентиляция. В третьем зале сейчас разрезают старые пеналы, готовят оборудование для захоронения. Кроме того, сотрудникам ЧАЭС предстоит извлечь и захоронить отработанное ядерное топливо в бассейнах выдержки первой и второй реакторных установок.



Прежде и теперь

Мало кто знает, но на станции есть свой памятник – около возведенной разделительной основной технологической стены между третьим и четвертым блоками. Там стоит скромный памятник машинисту Валерию Ходемчуку. В 86-м в момент аварии он следил за поведением насосов в режиме выбега ротора генератора. Его тело так и не нашли. В этом месте обычный, бытовой дозиметр «виснет», однако сопровождающие сотрудники, знающие разницу между «опасным уровнем радиации» и «безопасной радиоактивностью», остаются спокойными.

Пройдя дозконтроль, мы идем к саркофагу. И снова контроль, снова безопасность – нужно снять с себя все, кроме трусов. Взамен выдают нательное белье – рубаху и штаны, плотный льняной костюм, носки, шапочку, вязаные перчатки, грубые кирзовые ботинки и респиратор.

Подходим к саркофагу. Где‑то в душе щемит – перемешивается боль за погибших и гордость за людей, которые смогли в кратчайшие сроки создать уникальный объект. Внутри – 30 тонн пыли, содержащей трансурановые элементы. Щели в бетонном мешке, конечно, есть. Отсюда и повышенный радиационный фон. Генеральный директор ЧАЭС Игорь Грамоткин замечает: «В свете последних событий на Фукусимской АЭС видно, какую страну мы потеряли. За шесть месяцев такой сложный инженерный объект мог быть создан только в СССР».

Тогда – строили практически одни. Сейчас число стран, которые примут участие в финансировании проекта строительства нового укрытия над саркофагом на Чернобыльской АЭС, больше сорока. Президент США Барак Обама призывает другие государства увеличить финансовую поддержку Украине для превращения Чернобыльской АЭС в безопасный объект (США делают дополнительный взнос в сумме 123 миллиона долларов). О своем участии недавно заявили Китай, Индия, Саудовская Аравия, Кувейт.



Вездесущие вандалы

Мы идем внутрь саркофага. Поднимаемся по системе коридоров на уровень, где сразу после дезактивации была выстроена новая несущая стена. Напротив, на старой перегородке, остались полустертые от времени надписи – выход на четвертый блок, выход на третий блок, знаки радиозащиты.

Блочный щит управления № 4 (БЩУ-4) – почти точная копия его собрата – БЩУ-3. Вот только света нет, в темноте фонари и вспышки фотоаппаратов выхватывают проржавевшие стойки и панели, разбитые стекла. Из реакторной части пульта вырваны целые куски. «Это не разрушения – это вандалы», – комментирует сопровождающий, добавляя: «Руки оторвал бы».

С момента катастрофы прошло двадцать пять лет, внешне вроде бы все спокойно – нет ни горячей влаги радиоактивного пара, ни пепла, ни графитовой пыли. Вместе с тем, ощущение тревоги и беды не отпускает. В настоящее время дверь в центральный зал энергоблока № 4 замурована. На стене синей краской выведено: «1986 год – 0,2 рентгена в час». Сейчас уровень у входа – 1 миллирентген.



Как обезопасить окончательно

Однако за стеной находятся заключенные в бетонный мешок тонны топлива и радиоактивной пыли. В планах специалистов ЧАЭС – демонтаж непрочных конструкций и извлечение топливосодержащих масс. Но до этого над саркофагом будет воздвигнута гигантская арка. Оболочка из стали защитит объект «Укрытие» от снега, дождя и ветра. Его возведение запланировано закончить в октябре 2015 года. С 2020 года планируется начать работы по извлечению топливосодержащих. В итоге ЧАЭС должна стать безопасным и экологическим объектом.

Для справки: на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года взорвался четвертый энергоблок. В результате территория в радиусе 30 километров подверглась радиоактивному заражению, от радиоактивного загрязнения пострадали девятнадцать российских регионов с территорией почти 60 тысяч квадратных километров и с населением 2,6 миллиона человек, 46,5 тысячи квадратных километров территории Белоруссии (23 процента от общей площади). Общая площадь радиационного загрязнения Украины составила 50 тысяч квадратных километров в двенадцати областях.

После аварии над четвертым блоком станции был построен саркофаг, который в последние годы постепенно разрушается. Украина работает над сооружением нового безопасного конфайнмента (защитного сооружения) «Укрытие» над четвертым блоком, который призван обеспечить безопасность объекта на сто лет. В Киеве в эти дни прошла конференция доноров, на которой удалось собрать 550 миллионов евро. До этого украинские власти заявляли, что на завершение чернобыльских проектов не хватает порядка 740 миллионов евро.

Руководитель государственного агентства по управлению зоной отчуждения ЧАЭС Владимир Холоша рассказал, что финансовые доноры проекта собрали в целом около 940 миллионов евро, на проект уже было израсходовано около 600 миллионов евро.

Объект «Укрытие» будет представлять собой сооружение в форме арки высотой 105 метров, длиной 150 метров и шириной 260 метров. После возведения он будет «надвинут» на четвертый блок ЧАЭС, над которым после аварии 1986 года был построен саркофаг. Строительство объекта «Укрытие» несколько раз откладывалось.

Отправить на Email

Для добавления комментария, пожалуйста, авторизуйтесь на сайте

Также читайте в номере № 09 (173) май 2011 года: