Чубайс: размышления о будущем

Чубайс: размышления о будущем В избранное

Ольга Трунова

В избранное Чубайс: размышления о будущем

Анатолий Чубайс, генеральный директор госкорпорации «Роснано», в очередной раз поделился с нами видением того, что такое на сегодняшний день инновационная экономика в России и, самое главное, что нужно сделать, чтобы эту самую инновационную экономику в стране создать.

Зарубежный опыт

– Вот самые простые примеры, фиксирующие сроки решения задачи строительства инновационной экономики в других странах. Не углубляясь в детали, в общем, совершенно ясно, что ровно в те самые 20 лет, которые мы по разным объективным или субъективным причинам потеряли, на земном шаре возник десяток образцовых инновационных моделей, демонстрирующих фантастические результаты в области функционирования инновационной экономики.

Финляндия, если я правильно помню, в 1991 году имела уровень безработицы 22 процента и катастрофическую ситуацию в силу обрушившейся торговли с СССР, умершего экспорта и так далее. И ровно тогда в этой стране в небольшую кабельную компанию пришел молодой человек, который сказал: «Вот, готов вашу кабельную компанию поднимать, но нужно сменить профиль продукции». Его звали Йорма Оллила, теперь он президент компании Nokia. Каким‑то чудом ему удалось убедить акционеров снять с производства 95 процентов производимой продукции, полностью сменить профиль, создать компанию по производству мобильных телефонов. Как известно, в 2010 году количество мобильных пользователей Интернетом, мобильными смартфонами вместе с другими устройствами составило в мире 4,2 миллиарда.

Нечто подобное произошло в десятке стран мира в тот самый период, когда мы с вами даже отдаленно к этому приступать не собирались.

Российская действительность

– А что сегодня сделано в России? Надо признать, что есть определенный задел, что‑то в России происходило в последние 10‑15 лет. Между прочим, больше происходило в регионах, чем в Москве. В Томске, Ставрополе, Пензе, Чебоксарах есть десятки компаний с объемом продаж под 100 миллионов долларов каждая, имеющие реальный экспорт под 70‑80 процентов, абсолютный хай-тек, с продажами в Европе. Они малоизвестны, родились 10‑12 лет назад и пробиваются сквозь тысячи барьеров, выставленных родным государством на пути инновационной экономики. Но они есть.

На сегодняшний день реализован набор политических решений. Прежде всего, были предприняты определенные организационные шаги: президентская комиссия, регулярно заседающая всерьез, ежемесячно, вслед за ней создана премьерская комиссия. Еще один закон – ФЗ-217. Речь идет о создании малых инновационных предприятий при вузах и институтах академий наук. Вокруг этого закона было много бурных дискуссий, в нем имеются определенные изъяны, но, тем не менее, он был принят. На сегодняшний день при российских вузах создано уже более 400 малых инновационных предприятий. Следующий шаг: внесены поправки в миграционное законодательство. С 1 июля стоит иностранцу только обеспечить себе зарплату на уровне 2 миллионов рублей в год, и он приезжает в Россию без ограничений. Радикально упрощается визовый режим, регистрация при переезде и так далее.

Далее – крупному государственному бизнесу предложена идея создания так называемых инновационных программ. Родилась методическая база, ежегодно создаются инвестпрограммы. У РАО ЕЭС, например, годовая инвестиционная программа была 960 миллиардов рублей. Инновационная программа – это совсем другой срез темы. Это, собственно, модернизация. В ближайшее время министр экономики будет докладывать правительству о механизме обеспечения инновационных программ крупных государственных компаний. Крупному частному бизнесу уже дан серьезный импульс. На президентской комиссии было принято решение, по которому заявки на крупные проекты инновационного характера с объемом продаж под 15 миллиардов рублей в 2015 году будут поддерживаться государством. Сейчас завершается процесс отбора, больше 40 проектов уже отобрано.

Чего не хватает?

– Мы видим сегодня бурные процессы. Израиль стал практически мировым центром IP (Intellectual Property) интеллектуальной собственности. Южная Корея, которая почти не имела собственной фундаментальной науки, тем не менее экспортирует инновационную хай-тек-продукцию на сотни миллиардов долларов, в десятки раз больше, чем Россия. Науки нет, а инновационный бизнес есть. И наоборот: наука есть, а инновационного бизнеса нет. И такие модели возможны, и иные. Или Китай, который сегодня вкладывает в это направление, по моей оценке, триллионы долларов. Фантастический объем ресурсов, который даже сложно себе представить. Добавьте к ним реальные стоимости, реальную цену рабочей силы и на этом фоне определите, а что в России можно сделать такого, что способно было бы конкурировать с китайской продукцией через пять лет. Именно с инновационной продукцией через пять лет – я сейчас не про уголь. Понятно, что задача не простая и ответ на нее совсем не тривиален.

Самое главное – что должно быть внутри, в этой программе. Дать сейчас полный ответ на этот вопрос сложно, но могу обозначить пять приоритетов: общее экономическое законодательство; региональная политика; технологические приоритеты; состав федеральных органов исполнительной власти, инструменты механизма государственной инновационной политики; преобразования науки. Список можно и нужно продолжать.

Техническое регулирование

– В 2002 году в России был принят закон о техническом регулировании. Замечательный, прогрессивный, передовой, очень стратегический. При этом никакого отношения к реальной жизни не имеющий. Не реализован вообще ни в какой форме. В стране на сегодняшний день принято чуть меньше 20 технических регламентов, а это основа закона. Это означает, если называть вещи своими именами, что страна живет без технического регулирования. Ответить на вопрос: а работают ли сегодня те введенные в отраслях 100 000 ГОСТов, полтора миллиона ОСТов, столько‑то сот тысяч СНИПов и еще столько‑то сот тысяч норм и правил или нет, – невозможно. Нет ответа. И представить себе на секунду, что экономика наших масштабов, за триллион долларов ВВП, вообще не имеет технического регулирования, в жизни, основанной «на трубе», можно. Так не бывает.

Я считаю, что задача концептуального переосмысления технического регулирования является важнейшей и ее решение требует серьезнейших интеллектуальных усилий.

Законодательство об интеллектуальной собственности
– Я убежден, что суть проблемы в интеллектуальной собственности, – я говорю не о копирайте, не об авторском праве, а о промышленной интеллектуальной собственности – в разрыве между центром мотивации и центром правообладания. Мотивация все равно находится у того, кто придумывал, а правообладание – там где‑то далеко-далеко. Все остальное – вторично. Все дискуссии о том, что у нас плохо в РСБУ учитываются нематериальные активы, что доля нематериальных активов составляет столько‑то, а вот в Америке – столько‑то, что нам нужно развивать оценщиков в сфере нематериальных активов и так далее,– все это правильно. Только вторично. А первична – мотивация, которая растоптана, разорвана на части.

Пока мы не решим эту задачу, мы не добьемся ничего. Суть решения – я боюсь использовать некоторые термины из «проклятых 90‑х», как‑то хочется их избежать – интеллектуальная амнистия. Это суть того, что мы будем предлагать для существенного обновления всего законодательства в сфере интеллектуальной собственности.

Светотехника на светодиодах

– Сегодня любой эксперт в этой сфере скажет: очевидно, что светодиод с электропотреблением в семь раз меньше и сроком службы в пятьдесят раз дольше точно заменит и офисное, и уличное, и промышленное, и автомобильное освещение, и освещение специальное и дальше вплоть до хирургического освещения или фонариков. Отрасль стоит в шаге от смены технологического уклада. Она будет заменена полностью в течение ближайших 10‑15 лет. Ясно, что мы можем попытаться этот рынок освоить или, как обычно, отдать его «друзьям» за рубеж. Очень похожая ситуация с автомобилестроением, где, очевидно, просматривается переход сначала к гибридному, а затем и к электромобилю, за которым крупномасштабная технологическая проблема: двигатель, аккумулятор и суперконденсатор. Эти три задачи более чем серьезны.

Понятно, что переход такого рода, прежде всего, упирается в инфраструктуру, в возможности замены либо аккумуляторов, либо зарядки, которая не решается без масштабной государственной поддержки. Такого уровня задача требует крупномасштабного участия государства. Высокоскоростное железнодорожное сообщение. Европа в 1990‑е годы эту задачу решила. Скорость 280‑300 км/ч там освоена повсеместно. Для сведения добавлю: в Китае совсем недавно пущен первый поезд на 1000 километров со скоростью 398 км/ч. Китайская инвестиционная программа предполагает развитие этого проекта примерно с 10‑кратным увеличением в ближайшие пять лет. В России есть «Сапсан», что, конечно, хорошо. Но, как мы понимаем, это очень далеко от масштаба задачи, которая должна быть решена в целом.

Цифровые медийные средства

– Поезжайте в Сингапур. На любой встрече вам скажут: «такие средства – это стратегия Сингапура, на ней мы собираемся выращивать будущее. Наша задача – сделать четыре университета и 12 исследовательских центров по цифровым медийным средствам». И так далее. Интерактивность, многожанровость, индивидуализация запроса, возможность изучения индивидуализированного новостного ряда. Новостная лента в Facebook по отношению к этому покажется детским лепетом. И очень скоро появятся магазины без кассы: суть заключается в том, что вы приходите в магазин, берете что надо и уходите, и, собственно, все.

Правда, при этом с вашей кредитной карты автоматически списывается объем ваших расходов. Если вы хотите увидеть чек – пожалуйста. Не хотите – не надо. Все сделают за вас. Штрих-код исчез, ручное считывание штрих-кода исчезло. Вместо него появилась метка, которая в автоматическом режиме без потребления энергии дает информацию о каждом купленном товаре. Нами подписан проект «Магазин будущего», создаем вместе с «Пятерочкой» и АФК «Система» первый опытный магазин.

Инструменты и механизмы государственной инновационной политики

– Суть состоит в том, что все действующие инструменты неадекватны задачам воздействия государства в условиях инновационной экономики. Вообще, ситуация проста: степень сложности государственного воздействия на экономику возрастает на порядки. Уровень компетентных запросов, требований к государству в этой ситуации возрастает на порядки. Диверсификация инструментов, способность применять их к разным видам бизнеса возрастает также.

Эта задача, конечно же, требует специальной работы, к которой присоединяется еще одна мелкая задачка под названием «реформа образования и науки». А если поставить вопрос: есть ли какой‑то набор фундаментальных реформ, которые стране необходимы? Реформа МВД. Ясно, что надо, но к инновационной экономике это прямого отношения все‑таки не имеет. Пенсионная реформа. Вопрос жизни и смерти для страны.

А вот реформа образования и науки – просто на инновационном пути, и никуда от этого не деться. Наверное, это вопрос не данного политического цикла, а следующего. Если в сфере образования мы видим реальные шаги: единый госэкзамен, исследовательские университеты, то в сфере науки – я, может, что‑то проглядел, но сдвигов не заметил. Может, что‑то секретное происходит, готовится где‑то в глубинах – мне неизвестно.

Борис Федоров, бывший член совета директоров РАО ЕЭС:

Господин Чубайс – самый плохой менеджер в России. Он пытается за счет государства и акционеров стать крупным олигархом.

Андрей Семенов, «Общая газета. ру»:

Чубайс укатывает «нанотехнологии» в асфальт.

А. Ермолаев, журнал «Золотой Лев» – «издание русской консервативной мысли»:

Нанотехнологии – проект, лоббируемый влиятельными людьми из окружения Путина. И одновременно – сверхмодный рекламный термин, служащий для увода денег в обход науки и ученых. «Нанотехнология» все больше принимает знакомый облик другой «царицы наук» – алхимии.

Борис Миронов, публицист: «Чубайс. Враг народа. Факты и документы»:

По масштабу совершенных преступлений Чубайса нельзя сравнить ни с одним гитлеровским преступником, отправленным на виселицу Нюрнбергским трибуналом, – злодеяния Чубайса страшнее.

Энн Уильямсон, американская журналистка:

В глубине души Чубайс, я думаю, большевик. Движущая им сила – желание власти, потому что он хочет контролировать все основные составляющие общества. Он, похоже, наслаждается образом игрока, сильно распространенного среди политической и финансовой элиты России. Я всегда говорю, что нет ничего лучше хорошей интриги, чтобы взбодрить человека для изнуряющей многочасовой работы, будь то очистка авгиевых конюшен или заполнение их.

Альфред Кох, экономист, в 1996–1997 годах – глава Госкомимущества:

Даже усталый и расслабленный, он буквально излучает странную, удивительную энергию. Он заточен на борьбу, как гладиатор. Сантименты ему чужды, он нечувствителен к боли. Пусть кругом все взрывается и рушится, Чубайс, как Терминатор, пробивается к своей цели, невзирая на цену, которую придется заплатить.

Анекдот:

Чубайс ловит такси. Таксист спрашивает: «Куда?»
Чубайс отвечает: «Все равно. Везде нужен».

СПРАВКА

По сообщению официального сайта РОСНАНО, российская корпорация нанотехнологий первой из государственных корпораций завершила реорганизацию и с 11 марта 2011 года перерегистрирована в открытое акционерное общество «РОСНАНО».

Все 100 процентов акций РОСНАНО поступают в собственность государства. В настоящее время сформированы совет директоров, ревизионная комиссия общества, назначен председатель правления – Анатолий Чубайс. Правление ОАО «РОСНАНО» будет сформировано на первом заседании совета директоров компании (планируется, что он пройдет в конце марта 2011 года).

К ОАО «РОСНАНО» перешли все права и обязательства госкорпорации в порядке универсального правопреемства. ОАО «РОСНАНО» продолжает реализацию государственной политики в сфере нанотехнологий, включающую коммерциализацию научных разработок наноиндустрии.

Задачи госкорпорации по созданию инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий и реализации образовательных программ будут выполняться Фондом инфраструктурных и образовательных программ, который создан в соответствии с федеральным законом № 211‑ФЗ «О реорганизации Российской корпорации нанотехнологий».

Изменение статуса и структуры РОСНАНО позволит компании стать более динамичной и эффективной, четко сфокусирует деятельность ОАО на достижении бизнес-результатов, а фонда – на создании инфраструктуры наноиндустрии.

– Реорганизация РОСНАНО в акционерное общество – не просто смена вывески. Это переход на новые требования прозрачности и ответственности, которые характеризуют открытое акционерное общество. Это переход на иной уровень взаимодействия с бизнес-средой и научным сообществом, который будет реализован в новых высокотехнологичных проектах в области российской наноиндустрии, – подчеркнул глава «РОСНАНО» Анатолий Чубайс.

Мнение

Первый заместитель генерального директора Международного экономического форума «ТЭК России в XXI веке» Александр Епишов:

– Нанотехнологиям сейчас уделяется слишком большое внимание. Да, это научная сфера, которая может дать толчок развитию сразу нескольких отраслей. Но речь идет, скорее, об уровне научной глубины, новом подходе к созданию материалов будущего. Нанотехнологии призваны обеспечить новый уровень эффективности уже существующих материалов и технологий. Однако при этом никто не отменял задачи развития других секторов прикладной науки, в частности в области энергетического машиностроения.

Лично у меня вызывает удивление то, какие колоссальные деньги мы направляем в развитие нанотехнологий, но при этом оставляем без внимания другие традиционные высокотехнологичные сферы, без которых невозможно полноценно решать задачу модернизации экономики страны. Я считаю, что финансирование как фундаментальной, так и прикладной науки должно быть более сбалансированным. На сегодняшний день в наносфере мы видим лишь небольшие по масштабам, единичные проекты. А, как известно, сегодня прикладная наука без идущих за ней технологий лишена экономического смысла.