16+
Регистрация
РУС ENG
http://www.eprussia.ru/epr/137/10654.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 21 (137) ноябрь 2009 года

Участники нефтяного форума предлагают альтернативы

Основная проблема рынка нефти и нефтепродуктов –
высокая волатильность, результат взаимозависимости нефтяного и финансового рынков.

Так считают участники Международной конференции по нефти, организованной Минэнерго России. Важнейшая задача участников и координаторов рынка – создание механизма, позволяющего сдерживать зависимость от спекулятивных действий финансовых игроков и вместе с тем хеджировать риски. Несмотря на заявления о том, что финансовый кризис достиг дна, риски надувания новых «нефтяных пузырей» по‑прежнему остаются в силе.



Сохранить цены

– События минувшего года ясно продемонстрировали, что цена черного золота в последнее время определяется не только классическими фундаментальными факторами спроса и предложения, не только политическими решениями, что было характерно для периода нефтяных шоков прошлого века, – подчеркивает глава Минэнерго РФ Сергей Шматко. – Новый фактор риска – рост взаимозависимости нефтяного и финансового рынков, зависимость рынка нефти от спекулятивных действий финансовых игроков.

На первый взгляд, мировому нефтяному рынку удалось преодолеть самую опасную стадию кризиса. К июню 2009 года средняя цена на нефть вернулась к уровню 70 долларов США за баррель, что соответствует потребностям ведущих участников рынка, неоднократно заявлявшим о приемлемости цены в коридоре 60‑80 долларов за баррель. И все‑таки перспектива сохранения этого уровня цен весьма проблематична. С одной стороны, цена на нефть поддерживается на относительно высоком уровне благодаря политике ОПЕК по сокращению предложения нефти, интеграции нефтяного и финансового рынков, о чем свидетельствует корреляция между доходностью акций и ценой на нефть. Снижению рисков служит и активное использование инвесторами фьючерсных контрактов на нефть. С другой стороны, подчеркивает министр энергетики, состояние фундаментальных факторов – спроса, запасов, свободных мощностей и наращивания производства – работает на снижение цен.



Пределы роста

Наличие рисков, связанных с удержанием нефтяных цен в диапазоне 70‑80 долларов за баррель, признает и директор Института энергетической стратегии Владимир Бушуев. Одна из причин, раскачивающих маховик цен, – возвращение на фьючерсные нефтяные рынки свободного капитала. И все‑таки, по словам В. Бушуева, нижняя граница цены на нефть не может опуститься ниже 30‑40 долларов за баррель, в противном случае она не будет поддерживать себестоимость добычи. Верхняя граница цен, скорее всего, не поднимется выше 150 долларов за баррель, что связано с действием эластичности спроса.

– Этот диапазон будет сокращаться в связи с ростом себестоимости добычи и эластичности спроса, – добавляет господин Бушуев. – Нас ждет снижение эффективности нефтяного бизнеса, когда отношение результата к стоимости добываемых ресурсов будет снижаться.



Нефтяники экономят на разведке

О том, что освоение новых месторождений становится все дороже, напоминали почти все участники форума. Эта тенденция наблюдается с 70‑х годов прошлого века, поясняет глава «Роснефти» Сергей Богданчиков (на фото). Всего 10 лет назад стоимость крупного проекта оценивалась самое большее в полтора миллиарда долларов. Сегодня речь идет уже о 5‑10 миллиардах. Такова ситуация с Ванкорским месторождением, с проектами «Сахалин-1» и «Сахалин-2», стоимость которых уже превысила 10 миллиардов долларов. Особенно высоких затрат требует освоение месторождений арктического шельфа, добавляет Владимир Муляк, вице-президент ОАО «ЛУКОЙЛ». По мнению господина Муляка, выполнение таких масштабных проектов под силу только консорциумам государственных и частных компаний с максимальным привлечением иностранных партнеров.

Тем временем, как подчеркивает глава «Роснефти» Сергей Богданчиков, одной из основных статей сокращения расходов в условиях финансового кризиса стали как раз инвестиции в освоение и геологоразведку. В среднем по миру в 2009 году этот показатель снизился на 21 процент. При этом 18 процентов приходится на частные компании, в то время как государственные компании не стали сокращать инвестиции или сократили их в незначительной степени. В целом жертвой кризиса стало около 20 проектов общей стоимостью 170 миллиардов долларов с общим объемом добычи около 2,2 миллиона баррелей в сутки. Некоторые из этих проектов отменены, другие перенесены на неопределенный срок.



Минэнерго рассчитывает на рост

Особенность российской ситуации заключается в том, что риски сокращения инвестиций в условиях финансового кризиса совпали по времени с выходом за рамки созданной в эпоху СССР инфраструктуры и необходимостью перехода к новому инвестиционному циклу, подчеркивает замминистра энергетики РФ Сергей Кудряшов. Другие факторы риска, особенно существенные для нефтедобывающей отрасли России, – ценовая конъюнктура, традиционная «европоцентричность» экспортной политики, при которой сто процентов идущего на экспорт газа, почти сто процентов нефтепродуктов и 85 процентов нефти экспортируется на европейский рынок.

Важнейшая задача текущего момента – максимальное сохранение объемов инвестиций в нефтяную и газовую отрасль с учетом эффекта мультипликатора – воздействия роста нефтегазового сектора на другие отрасли. «Сегодня мы формируем бизнес-проекты, обещающие максимальную отдачу в будущем, выгодные и для государства, и для инвестора», – поясняет господин Кудряшов. – При этом государство готово поделиться частью налогов, произвести инвестиции в создание инфраструктуры». Пример такого эффективного проекта – развитие Ямала и севера Красноярского края, которое может принести в госбюджет до 3,5 триллиона рублей.

Что до прогнозов Минэнерго на 2009 год, то они более чем оптимистичны, особенно на фоне перечисленных г-ном Кудряшовым рисков. «В этом году нам удалось сломить тенденцию по снижению добычи, так что добыча нефти может вырасти до 492−493 миллионов тонн», – предсказывает замминистра. В числе мер, направленных на преодоление спада, – «серьезные решения по изменению экспортных пошлин в конце 2008 года», позволившие сохранить инвестиции в разработку Ванкора, Уватской группы месторождений, диверсификация экспортных потоков, работа по переходу к новой системе налогообложения результатов (прежде всего для новых месторождений).



Лицензии продлят вдвое

Но для того, чтобы принимать меры, направленные на освоение новых месторождений, необходимо иметь внятное представление об эффективности этих запасов, подчеркивает глава департамента экономики и финансов Минприроды Григорий Выгон. Формально в распоряжении министерства находится огромная база данных, включающая более 2 тысяч месторождений. В реальности эффективность этой информации находится под вопросом, что связано с отсутствием единой государственной системы подсчета извлекаемых запасов.

– Сегодня имеет место множественность подходов, которая приводит к тому, что участники процесса говорят на разных языках, – поясняет господин Выгон. – В итоге мы имеем «бумажное» завышение коэффициента нефтеизвлечения, искажение картины структуры минерально-сырьевой базы, не дающее возможности прогнозировать добычу, особенно в новых регионах, низкое качество нуждающихся в частом пересмотре проектных документов.

Среди предлагаемых Минприроды новаций – продление сроков действия геологоразведочных лицензий с нынешних 5 до 10 лет, осуществление подсчета извлекаемых запасов и постановка их на государственный баланс на этапе утверждения проектного документа, а также максимальное сближение российской и международной классификаций в части учета экономии разработки и выделения групп извлекаемых запасов по экономической эффективности и стадиям разработки. Особое значение министерство придает пересмотру сроков действия лицензий. В настоящий момент действует практика, при которой компания получает лицензию на геологоразведку, по прошествии нескольких лет ставит найденные запасы на ГКЗ и получает лицензию на добычу. Но в реальности добыча углеводородов начинается 5‑7 лет спустя, так как недостаточная изученность запасов требует проведения доразведки. В результате запасы, которые ставятся по факту открытия на баланс, существенно отличаются от запасов, которые появляются на этапе реальной разработки месторождения.

– Мы выдаем лицензию слишком рано, – пояснил Г. Выгон.

По его словам, 10 лет – вполне реальный срок для того, чтобы перевести ресурсы в категорию запасов. При этом в переносе сроков заинтересовано не только государство, но и сами недропользователи, понимающие, что начать слишком поспешную разработку месторождения – значит погубить его. Сроки перехода на лицензии нового типа еще не определены. Это связано как с необходимостью принятия многочисленных поправок в федеральное законодательство, так и с тем, что предлагаемый Минприроды подход «находит понимание не у всех».



Альтернатива для биржи

И все‑таки наибольшие опасения участников форума были связаны с рисками, определяющими волатильность цены на нефть и создающими вероятность новых финансовых потрясений. «Мы не знаем, когда завершится кризис и как скоро возникнет риск его повторения», – таков был лейтмотив большинства выступлений. По большому счету, основная часть выступления главы Минэнерго была посвящена мерам, снижающим зависимость цены углеводородов от спекулятивного капитала и валютных рисков, – от создания системы распределенных площадок для торговли нефтью и нефтепродуктами до расширения использования долгосрочных контрактов. Существующая система торговли нефтью и нефтепродуктами, привязанная к ограниченному числу торговых площадок и единой валюте, нуждается в реформировании, и это признают все. Другое дело, насколько радикальными будут эти изменения.

Возможно, наиболее радикальная критика на этот счет звучала из уст Андрея Конопляника, профессора Российского государственного университета имени Губкина и консультанта правления Газпромбанка. По его мнению, сама система биржевой торговли нефтепродуктами, предусматривающая многократное превышение объемов торговли над объемами поставок, обладает повышенной привлекательностью для спекулянтов и краткосрочных трейдеров, но не для участников рынка с более долговременными и серьезными намерениями. Более того, она создает препятствия для инвесторов в реальные активы, так как пляска котировок – не лучший ориентир для принятия решений на 30‑40 лет вперед.

– Фьючерсные котировки доминируют на нефтяном рынке, но они не используются нефтяными компаниями в качестве ценовых ориентиров для проектного финансирования, – отметил господин Конопляник. – То, что мы понимаем под ценой нефти, не является ориентиром для долгосрочного развития отрасли даже в период роста цен.

Впрочем, обобщая минусы действующей системы, Конопляник не представляет единственно верную альтернативную систему цено-образования в качестве окончательного ответа. По его мнению, одной из альтернатив и одновременно дополнений к биржевой торговле может стать система ценообразования на основе стоимости замещения альтернативными энергоресурсами, хотя и эта система нуждается в существенной доработке. Еще одна альтернатива, ценообразование по методу издержки-плюс, имеет весьма существенный недостаток – она не стимулирует снижения издержек.

Кабельная арматура, Газпром, Минэнерго, Мощность, СРО,

Участники нефтяного форума предлагают альтернативыКод PHP" data-description="Основная проблема рынка нефти и нефтепродуктов – <br>высокая волатильность, результат взаимозависимости нефтяного и финансового рынков. <br>" data-url="https://www.eprussia.ru/epr/137/10654.htm"" data-image="https://www.eprussia.ru/upload/iblock/6ec/6ec823818767b323b8f8e4be56e1bbc2.jpg" >

Отправить на Email


Похожие Свежие Популярные