16+
Регистрация
РУС ENG

Государство: «Это я!»

22.01.2007 Время новостей Андрей ДЕНИСОВ

Остановка роста добычи нефти, агрессивная политика «Газпрома», замедление реформ в электроэнергетике -- главные тенденции 2006 г

В 2006 году, когда по инициативе России «большая восьмерка» обсуждала проблемы энергобезопасности, на мировом энергетическом рынке отчетливо проявилась новая тенденция: богатые ресурсами страны все чаще стремятся затруднить доступ крупнейшим частным корпорациям к этим ресурсам. Пока о существенных сдвигах на рынке говорить рано, но вопрос о том, не придется ли глобальным мэйджорам довольствоваться ролью сервисных компаний, уже занимает умы экспертов. Об этом, в частности, говорили участники состоявшегося на днях в «Александр-хаусе» обсуждения доклада «Экономические итоги 2006 года для энергетического сектора», подготовленного Институтом энергетической политики (ИЭП).

Будучи крупным игроком рынка, Россия в уходящем году подключилась к этой тенденции. Яркое тому подтверждение -- решение об отмене международного консорциума по разработке Штокмановского газоконденсатного месторождения, принятое «Газпромом» и поддержанное на политическом уровне. Как известно, газовый концерн уже в ходе проведения тендера на участие в этом проекте (компаниям-партнерам предполагалось отдать 49-процентную долю) решил, что будет разрабатывать «Штокман» самостоятельно, а иностранные компании смогут участвовать в проекте на правах подрядчиков. Президент Института энергетической политики Владимир Милов полагает, что такое предложение останется без ответа. «Компании, которые участвовали в тендере (американские Сhevron и ConocoPhillips, французская Total, норвежские Statoil и Hydro. -- Ред.), действительно обладают технологиями, необходимыми для освоения «Штокмана», а у «Газпрома» их нет, -- говорит он. -- Но продажа технологий -- это не их бизнес, их капитализация основана не на сервисных контрактах, а прежде всего на добычных активах». Теперь, считает г-н Милов, перспектива освоения крупнейшего шельфового месторождения с запасами газа 3,7 трлн кубометров стала более чем туманной. По его мнению, «Газпром» может рассчитывать на то, что лишь норвежцы (после объединения Statoil и Hydro государство получит контрольный пакет новой компании) согласятся участвовать в проекте без получения доли в капитале.

В своем стремлении самостоятельно распоряжаться ресурсами Россия не одинока на планете, хотя в известной степени одинока среди партнеров по «восьмерке». Подобную политику, как правило, проводят небогатые страны, отдавшие свои недра глобальным корпорациям, но не сумевшие улучшить в результате этого уровень жизни собственного населения. Ощущение социальной несправедливости толкает к популистской политике и жестким мерам по возврату национального контроля над ресурсами. Самый свежий пример -- Венесуэла, которая в последние годы планомерно национализирует добывающие отрасли.

Российские власти декларируют открытость для иностранных инвесторов, но роль государства в топливно-энергетическом секторе продолжает нарастать. История с «Сахалином-2» показала, что «контрактные обязательства государства в России больше не имеют силы», процитировал г-н Милов сказанные в частной беседе слова топ-менеджера одной из международных нефтегазовых корпораций, а значит, на крупные иностранные инвестиции в новые месторождения России в ближайшем будущем рассчитывать не стоит.

Важнейший итог 2006 года, по оценке ИЭП, в том, что организованный государством передел собственности негативно влиял на показатели работы нефтегазового сектора, а рост наблюдался в основном в сегментах, где работают частные (в том числе иностранные) компании.

Добыча нефти, темп роста которой сильно замедлился, по-прежнему испытывает эффект «дела ЮКОСа». В 2006 году объем ежесуточной добычи так и не смог преодолеть планку 10 млн баррелей. Причина этому -- падение добычи у «дочек» находящегося под процедурой банкротства ЮКОСа. За минувший год, по предварительным оценкам ИЭП, «Томскнефть» снизила добычу на 2 млн тонн, «Самаранефтегаз» -- на 0,3 млн тонн. При этом в октябре 2006 года по отношению к сентябрю 2004 года, когда стартовало «дело ЮКОСа», эти компании снизили объем ежесуточной добычи соответственно на 35,5 и 26,4%. Владимир Милов подчеркивает, что падение добычи продолжается, в том числе по причине затрудненного из-за административных механизмов доступа к экспорту.

По оценке ИЭП, если бы подразделения нынешнего ЮКОСа сохраняли объем добычи на уровне сентября 2004-го, добыча в России по итогам 2006 года составила бы 490 млн тонн. При этом темпы ее роста в целом по стране равнялись бы 4,8% в 2005-м и 4,2% в 2006-м (вместо фактических 2,4 и 2,2% соответственно). По мнению г-н Милова, когда после завершения процедуры банкротства ЮКОСа компании «Томскнефть» и «Самаранефтегаз» обретут нового хозяина, они смогут восстановить объем добычи. Президент ИЭП привел в пример успешные показатели «Юганскнефтегаза», который обеспечил почти половину общероссийского прироста добычи в 2006 году. Этот успех он объясняет удачными технологическими решениями нового владельца -- «Роснефти». Она возобновила сотрудничество с американской сервисной компанией Schlumberger, которая прекратила работу с «Юганскнефтегазом» в октябре 2004-го. Использование технологии гидроразрыва пласта -- за что, кстати, ЮКОС подвергался резкой критике -- и позволило только за прошлый год увеличить добычу на 4,5 млн тонн.

Между тем усиление роли государства в нефтяном секторе может качественно изменить расстановку сил в нем. В новом году, говорится в докладе ИЭП, вероятны три важных события: государственные компании установят контроль над ЮКОСом, «Газпром» купит 50-процентную долю в ТНК-ВР, а «Роснефть» приобретет «Сургутнефтегаз». Если эти прогнозы осуществятся (в вероятности первого, по крайней мере, сомнений нет), то впервые с момента приватизации нефтяной отрасли в России госсектор обгонит частные компании по объему добычи. А на долю иностранных компаний останутся проекты по освоению новых месторождений в сложных регионах.

В газовом секторе независимые производители преподнесли едва ли не главный сюрприз: если «Газпром», по предварительным данным, увеличил добычу по итогам года лишь на 0,4%, то они преодолели планку 100 млрд кубометров и показали рост на 13,6%. Однако этой тенденции может быть положен конец. «Сектор независимых производителей газа в 2006 году продолжал сжиматься под воздействием агрессивного наступления «Газпрома», -- отмечается в докладе. Причем наступление велось всеми возможными способами: и покупка компаний («Сибнефтегаз», которой принадлежит лицензия на разработку Берегового месторождения), и покупка долей (19,9% акций НОВАТЭКа), и операции на рынке газа (полный выкуп «на скважине» всего объема газа, добываемого ЛУКОЙЛом на месторождениях Большехетской впадины). Эти события, считает г-н Милов, дают основания говорить, что сектор независимых производителей газа в России вскоре может перестать существовать

Итоги проведенной «Газпромом» кампании по установлению рыночных отношений со странами СНГ Владимир Милов называет «сомнительными», имея в виду в первую очередь «серьезно испорченную политическую репутацию». Среди других негативных эффектов он называет спровоцированный пересмотром цены для Украины рост цен на туркменский газ с 44 до 100 долл. за тысячу кубометров, ответные меры Украины и Белоруссии в виде удорожания нефтегазового транзита, а также потерю азербайджанского рынка.

Последнее утверждение, как отметили участники обсуждения, выглядит натяжкой: Азербайджан -- богатая газом страна и в любом случае в перспективе -- не клиент для «Газпрома». Как известно, уже со следующего года Баку намерен был отказаться от закупок газа в России и самостоятельно удовлетворять свои потребности в голубом топливе. «Газпром» предложил Азербайджану покупать в 2007 году газ по 230 долл., и тот отказался от закупок вообще (речь шла о поставке 1,5 млрд кубометров).

Тем не менее Владимир Милов настаивает, что потеря этого, пусть и очень узкого, рынка имеет знаковый характер: Баку в этом году был необходим российский газ, и отказ от закупок создал проблемы для азербайджанского энергобаланса. Но эти проблемы в Баку сочли для себя более приемлемыми, чем объявленную «Газпромом» цену. Подтверждая мнение г-на Милова, азербайджанский министр иностранных дел Эльмар Мамедъяров пишет в опубликованной на днях в The Wall Street Journal статье: «Фактически в один момент цена на газ для нас была более чем удвоена. Это нечто большее, чем просто сигнал с рынка, и это для Азербайджана неприемлемо. В ответ мы решили прекратить покупать российский газ, равно как и использовать российский трубопровод для экспорта азербайджанской нефти в Европу».

Таким образом, на примере Азербайджана мы видим модель поведения покупателя российского газа в том случае, если у него появляется достаточная уверенность в альтернативном Москве источнике энергоносителей. Впрочем, с учетом особенностей мирового газового рынка эта угроза вряд ли станет системной.

В то же время у азербайджанской ситуации есть и положительная сторона: освободившийся объем газа вовсе не лишний в балансе «Газпрома». Дефицит газа на внутреннем рынке уже стал реальным, что отчетливо продемонстрировала прошлая морозная зима. Тогда на фоне резкого роста спроса на электроэнергию РАО «ЕЭС» столкнулось с серьезными ограничениями в подаче газа.

Как показала дискуссия в правительстве, на проведении которой настоял Владимир Путин, дефицит газа препятствует как развитию электроэнергетики, так и проведению сильно затянувшейся реформы этой отрасли. Государство лишь готовится приватизировать генерирующие мощности в серьезных масштабах, а перед частными инвесторами уже стоит проблема обеспечения электростанций газовым топливом. Одобренный правительством в ноябре сценарий повышения внутренних цен на газ должен, очевидно, привести к росту энергосбережения и, соответственно, высвободить некоторый объем топлива. Этот сценарий, по крайней мере, дает потенциальным инвесторам в электроэнергетику понимание того, как будут складываться условия на рынке. Однако пока задержки в реформе привели к серьезному дисбалансу в структуре инвестиций в отрасль. В строительство тепловой генерации, где ощущается острая нехватка мощностей, инвестируется куда меньше средств, чем в другие секторы энергетики. Этому есть простое объяснение: по логике реформы теплогенерация должна развиваться за счет частных инвестиций, а поскольку государство пока не решилось ни на одну крупную сделку (за исключением продажи «Газпрому» контрольного пакета «Мосэнерго»), инвестиций этих нет.

«Хотя ушедший год и не привел к серьезным кризисам, он продемонстрировал явные негативные тенденции в развитии российского энергетического сектора и стал предвестником более серьезных проблем в будущем. Проблемы эти являются прямым следствием экономического курса последних лет -- курса на огосударствление экономики и отказ от рыночных реформ. Курс не меняется -- значит, скорее всего, и проблемы в ближайшем будущем никуда не уйдут», -- резюмирует глава ИЭП.

Отправить на Email

Войти или Зарегистрироваться, чтобы оставить комментарий.

Возврат к списку