16+
Регистрация
РУС ENG
Расширенный поиск

РАО «ЕЭС» не дадут проедать деньги

23.08.2005 RBCdaily Андрей Баранов

Правительство намерено ограничить аппетиты монополистов, чьи инвестиции не отличаются эффективностью

Минэкономразвития предлагает сделать инвестиционные программы естественных монополий трехлетними. С такой идеей выступил на прошлой неделе глава МЭРТ Герман Греф. «Необходимо резко повысить их (инвестпрограмм) эффективность и сделать их с трехлетним горизонтом», – сказал министр. Беспокойство МЭРТ понятно: монополии часто обвиняют в том, что их программы неэффективны и, главное, непрозрачны. Подводя растущие расходы под инвестиционные статьи, монополии получают веский аргумент для наращивания тарифов. Которое, в свою очередь, считается главным мотором инфляции – что не может не волновать правительство. С одной стороны, тарифы на ту же электроэнергию в России, действительно, в разы ниже, чем в США и Европе. Но и затраты у РАО «ЕЭС» в России также в разы меньше, чем на Западе, – главным образом за счет дешевого газа. Невысок и платежеспособный спрос на энергию, который не позволяет повышать тарифы. Эксперты полагают, что РАО «ЕЭС» следовало бы в первую очередь поработать над эффективностью инвестиций – которая пока оставляет желать лучшего не только по сравнению с западными, но и с другими российскими энергетическими компаниями.

Привлечь недостающие инвестиции в генерирующие мощности призвана реформа электроэнергетики с передачей генерации в частные руки. Однако реформа который год затягивается – а время не терпит. «На строительство новой электростанции нужно два-четыре года, – отмечает аналитик S&P. – Поэтому любые задержки в проведении реформы электроэнергетики увеличивают вероятность того, что частные инвестиции не придут в сектор в необходимом объеме». Но надо сказать, что проблема нехватки средств кроется не только в низких тарифах и малых инвестициях. Оценки экспертов не всегда могут учесть некоторые реалии российской жизни, от которых напрямую зависит успех или неуспех целых отраслей. Так, рядовому россиянину известно, что легальное подключение загородного дома к энергосетям связано не только с бумажной волокитой, но и с финансовыми затратами – порой не просто крупными, а непосильными. Не секрет, что многие деревенские дома еще со времен СССР подключены к сетям незаконно. Раньше это мало кого волновало, но с приходом рыночной экономики нелегальных потребителей стали принудительно «отрезать» от энергопитания.

Однако «легализоваться», как водится, не так просто. Например, жители одной из деревень в Солнечногорском районе Подмосковья были шокированы счетом, предъявленным им местными энергетиками за легальное подключение к сетям. На картах энергетиков этой деревни нет вовсе, в то время как существует она еще с советских времен и, естественно, потребляет электроэнергию. За легальное подключение к сети энергетики потребовали с жителей 80 тысяч долларов США. Причем стоит отметить, что речь идет именно о деревне, а не о модном коттеджном поселке. В другом населенном пункте того же района за легальное подключение к трехфазной сети строящихся домов требуют уплатить 150 тыс. руб. Показательно, что в обоих случаях энергетики отказываются не только обосновать требуемые ими суммы, но и выдать квитанции за получение столь крупных платежей. Жители говорят, что готовы платить за потребляемое ими электричество, но не согласны с чрезмерными и при этом непрозрачными платежами за подключение. В итоге целые деревни живут «на птичьих правах», будучи подключенными к энергосетям нелегально, и бесплатно потребляют энергию.

Таким образом, непрозрачность и коррупция приводят к тому, что энергокомпании не получают компенсацию за растущую нагрузку на сети и генерирующие мощности. На приведенном примере видно, что в реальности разделение сетей и генерирующих мощностей не всегда приносит желаемые плоды. Излишне говорить, что приведенные выше примеры типичны для сетей «последней мили». Люди, ответственные за конечное распределение энергии, наносят ущерб не только сетевому хозяйству, но и генерирующим станциям, так как вся отрасль остается хронически недофинансированной. Поскольку реформа затягивается, а в нынешнем виде отрасль не может обеспечить себя инвестициями, федеральным властям приходится создавать механизмы экстренного «закачивания» денег в энергетику. Для этого в мае 2005 г. Минпромэнерго разработало проект постановления правительства «Об определении условий и порядка привлечения инвестиций в создание генерирующих мощностей в целях предотвращения возникновения дефицита электрической мощности».

Этот документ определяет гарантии инвесторам, решившим вложить средства в генерирующие мощности. Механизм гарантирования должен обеспечить фиксированную доходность для инвестора. «Для этого цена, по которой инвестор продает электроэнергию, фиксируется в абсолютном выражении или привязке к цене на топливо, – говорит Евгений Коровин. – Если рыночная цена оказывается ниже, то инвестор получает компенсацию, которую будут оплачивать потребители за счет специальной надбавки к тарифу. Однако детали этого механизма пока не ясны полностью». Подробности документа RBC daily отказались комментировать и в РАО «ЕЭС», и в Минпромэнерго. Эксперты говорят об эффективности этой идеи с осторожностью. «Судить об этом пока рано, – сказал RBC daily аналитик ИК «Проспект» Алексей Соловьев. – Важны, прежде всего, правила игры». С его мнением соглашается Евгений Коровин. «Концепция выглядит потенциально привлекательной, однако в ней могут оказаться подводные камни», – говорит он.

Кроме того, остается неясным, когда механизм гарантирования инвестиций сможет заработать. В беседе с RBC daily чиновник Минпромэнерго сообщил, что в настоящее время документ находится на согласовании в других ведомствах. По его словам, проект отнесен к числу приоритетных и должен быть принят к концу этого года. Не исключено, что к началу следующего года, когда в энергетику смогут наконец прийти «живые деньги», время уже будет упущено. «Желательно было бы наладить эффективный механизм привлечения инвестиций раньше, – отмечает Алексей Соловьев. – Чем раньше это сделать, тем лучше». Евгений Коровин отмечает, что строительство электростанции занимает как минимум два-три года. Поэтому инвестиции для решения «проблемы-2008» необходимо было делать «еще вчера». «Начинать инвестировать в генерирующие мощности надо уже сейчас, – отмечает он. – Только в этом случае удастся обеспечить приемлемый уровень резерва генерирующих мощностей после 2008 года». Пока правительство бьется над механизмом привлечения инвестиций в электроэнергетику, представители РАО «ЕЭС» регулярно жалуются на то, что инвестиционным планам холдинга мешает медленный рост тарифов.

Действительно, дешевизна энергии в России давно стала не только «общим местом», но и поводом для претензий со стороны зарубежных партнеров, в частности, Всемирной торговой организации (ВТО). Действительно, российские тарифы в два, а то и в четыре раза ниже, чем в западных странах. Например, по состоянию на декабрь 2004 г. средняя розничная цена электроэнергии в США составляла 7,32 цента за киловатт-час. В странах Евросоюза этот показатель колебался в широком диапазоне от 4 до 10 евроцентов за киловатт-час в зависимости от страны и типа потребителя. Между тем в России тариф на электроэнергию составлял 70,39 коп. (примерно 2,52 американских цента) за киловатт-час без НДС для населения и 83,09 коп. (примерно 2,98 цента) для промышленных и приравненных к ним потребителей. Впрочем, нельзя сказать, чтобы такая разница в тарифах была несправедливой. «Прямые затраты на производство электроэнергии в России, конечно, ниже. Основным топливом для большей части тепловых электростанций является газ. А его внутренняя цена в несколько раз ниже европейской, – сказал RBC daily аналитик московского офиса Standard & Poor’s Евгений Коровин. – Кроме того, в России ниже средняя зарплата и экологические платежи».

Впрочем, аналитики отчасти согласны с претензиями энергетиков. «В целом действующие тарифы РАО «ЕЭС» не обеспечивают полное покрытие затрат, включающее достаточную норму прибыли на инвестированный капитал, – отмечает Евгений Коровин. – Полностью покрываются лишь операционные затраты, а экономия достигается за счет инвестиционной программы. Из-за этого объем инвестиций в отрасли недостаточен». Возникает закономерный вопрос – как рассчитывается себестоимость электроэнергии? Эксперты утверждают, что стоимость строительства новых электростанций у РАО «ЕЭС» почему-то гораздо выше, чем на Западе. Кроме того, и в России есть компании, которым удается строить электростанции дешевле. «Стоимость электростанций складывается из [стоимости] турбин и строительства здания электростанции. Турбины в основном производит компания Siemens. По сути дела, они одинаковы по всему миру и стоят тоже примерно одинаково, – сказал RBC daily директор аналитического департамента ИК «Антанта Капитал» Денис Матафонов. – В России турбины производит ОАО «Силовые машины». Но они дают дисконт главным образом на обслуживание турбин, поэтому затраты ниже в ходе эксплуатации, а первоначальная стоимость агрегата примерно одна и та же».

Если сравнивать холодную Россию с более теплыми странами Европы или Северной Америки, то нашим электростанциям нужны более утепленные стены, говорит Денис Матафонов. Но с учетом того, что работа строителей в России обходится дешевле, затраты и тут примерно одинаковы. «На Западе стоимость станции составляет около 1,2 млн долл. за 1 МВт для крупной ТЭЦ мощностью порядка 150 МВт, – сказал RBC daily начальник отдела анализа рыночной конъюнктуры «Газпромбанка» Сергей Суверов. – Но по западным методикам эта сумма включает сооружение сетевой инфраструктуры, необходимой для подключения станции к магистральным сетям. Без этих затрат себестоимость станций составляет около 800 тыс. долл. за МВт». Между тем, по расчетам Дениса Матафонова, РАО «ЕЭС» ухитряется строить крупные тепловые станции по цене 1,2 млн долл. за 1 МВт.

Сравнение себестоимости генерирующих мощностей альтернативных поставщиков электроэнергии и РАО «ЕЭС» также свидетельствует не в пользу монополиста. «"Энергомашкорпорации" один мегаватт мощности тепловых электростанций обходится примерно в 500 тыс. долл.», – отмечает г-н Матафонов. Между тем, по его словам, мегаватт электроэнергии на маленьких станциях должен стоить дороже. Эту точку зрения подтверждает и Сергей Суверов. «Стоимость киловатта в «малой энергетике» (станции мощностью порядка 30 МВт) составляет 800-900 тыс. долл. за 1 МВт. А «большие» станции (например, мощностью 150 МВт) стоят 400-500 тыс. долл. за 1 МВт», – говорит он. Г-н Суверов отмечает, что расчеты относятся к тепловым станциям и включают затраты на оборудование и строительство. Таким образом, в теории крупные станции РАО «ЕЭС» должны обходиться примерно вдвое дешевле маленьких станций «Энергомашкорпорации». В реальности же получается, что мегаватт мощности РАО обходится в два с лишним раза дороже. Причину такой разницы в себестоимости аналитики могут объяснить только одним фактором. «Полагаю, так получается только потому, что [у РАО «ЕЭС»] низка эффективность затрат: сметы завышены, часты долгострои», – говорит Денис Матафонов.

Отправить на Email

Для добавления комментария, пожалуйста, авторизуйтесь на сайте

Возврат к списку