16+
Регистрация
РУС ENG
http://www.eprussia.ru/epr/409-410/5149009.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 5-6 (409-410) март 2021 года

Мировой энергорынок: время глобальных перемен

Дмитрий Боровиков, вице-президент по стратегии, управлению производственным портфелем и трейдингу ПАО «Фортум»

Декарбонизация, рост возобновляемой энергетики, производство и использование «зеленого» водорода стали важнейшими трендами мировой повестки. Разработка механизмов углеродного регулирования странами Евросоюза вынуждает их торговых партнеров снижать выбросы и приближать экологические показатели к европейским стандартам.

О том, что делается в России для развития зеленой энергетики, рассказал вице-президент по стратегии, управлению производственным портфелем и трейдингу ПАО «Фортум» Дмитрий Боровиков.


Вызовы и возможности

— Дмитрий Павлович, 2020 год стал временем вызова для мировой экономики. Каким вы видите дальнейшее развитие событий и как это отразится на развитии энергорынка?

— Испытание коронавирусом значительно повлияло на энергопотребление, которое заметно снизилось, упал ВВП в большинстве стран.

Был и позитивный момент — снижение выбросов, уменьшение загрязнения водоемов. Но негативных моментов для отрасли больше, ведь спрос на энергоресурсы снижается. Это будет сказываться и на показателях 2021 года. По прогнозам, лишь в 2022 году экономика сможет восстановиться до уровня, на котором была до кризиса.

В основе стратегии восстановления экономики стран Евросоюза и США — новая глобальная повестка — концепция «зеленой сделки» (green deal). Программа предусматривает декарбонизацию и снижение выбросов. У этой концепции есть и практическая сторона, как у плана Рузвельта — подстегнуть развитие экономики после кризиса.

Для России и других так называемых стран — «климатических отшельников» (Австралия, Китай, другие) могут наступить тяжелые времена, так как две самые мощные экономики мира двигаются в сторону углеродной нейтральности.

Если мы хотим сохранить партнерские отношения с Евросоюзом (а это для нас важнейший партнер), то придется приспосабливаться, и это прагматичная причина для на самом деле правильного движения в сторону снижения выбросов парниковых газов и озеленения энергобаланса в России.


Потенциал в развитии

— Россия до сих пор зависима от различных углеродоемких ресурсов. Как декарбонизация может отразиться на экономике страны?

— Россия имеет все шансы набрать достойные темпы в развитии возобновляемой энергетики. У нас есть уникальные природно-климатические ресурсы, огромные территории и крупнейшая в мире единая энергосистема.

По потенциалу ветра — мы безусловный лидер на планете. Кроме того, текущий энергобаланс у нас избыточный — это тоже преимущество, так как может служить резервом для новых ВИЭ-мощностей. Существует огромный потенциал в развитии безуглеродных водородных технологий.

Политики говорят, что у России есть АЭС, ГЭС в качестве углеродно-нейтральных источников. Но с точки зрения мировой повестки атомную энергетику не рассматривают как возобновляемую энергетику, есть вопросы к ее безопасности, технологической и топливной зависимости. К ГЭС есть вопросы с подтоплением территорий и другими экологическими аспектами, в особенности в отношении вновь возводимых объектов. С солнечной и ветряной энергетикой таких проблем нет. Но пока доля возобновляемой энергетики ветра и солнца в России составляет всего 1%; для сравнения: в КНР 10–15%, а в крупных странах Евросоюза доходит до 50%. Китай в прошлом году ввел мощностей ВИЭ в десятки раз больше, чем запланировано в России на горизонте ближайшего десятилетия.


Адаптироваться к глобальным трендам

— Как скажется введение углеродного налога на российском энергорынке?

— Безусловно, риск углеродного налога заставит нас двигаться быстрее. Российской энергетике для качественного удовлетворения нужд потребителей нужно будет адаптироваться к глобальным трендам устойчивого развития.

Найти обходные пути не получится. Недавно вышел указ Президента РФ о снижении по сравнению с 2019 годом на 30% объема парниковых газов к 2030 году. Но на самом деле снижение произошло уже почти на 50%, из-за экономического спада 90-х годов. Получается, мы даем себе возможность существенно нарастить объемы выбросов к 2030 году. Такие маневры безусловно будут замечены торговыми партнерами, и последует давление в виде пошлин, исключения из глобальных производственных цепочек наших экспортеров. Так что лучше скорее использовать свои преимущества и действовать стратегически, на опережение.


Давление зеленой повестки

— Насколько актуально для отрасли принятие условий новой программы поддержки ВИЭ, которая основывается на локализации производства компонентов для ВИЭ в нашей стране?

— Увы, эта логика отстает от глобальной повестки. Считается, что в России ВИЭ не нужны, и надо только поддержать промышленные компетенции. Это мнение превалировало и когда принимали прежнюю программу, руководствуются этим же подходом и сейчас. Программу поддержки ВИЭ хотят продлить еще на 10 лет, дополнить новыми требованиями к локализации и экспорту оборудования. Но накручивание условий для инвесторов приведет лишь к тому, что цена для потребителей на «зеленую» энергию не будет снижаться в отсутствие глобальной конкуренции поставщиков оборудования, как в других странах. Не увидим мы и внедрения наиболее современных технологий ВИЭ, их просто невыгодно локализовывать для столь малых объемов.

По сути, за счет российских экспортеров промышленной продукции хотят субсидировать экспорт оборудования ВИЭ. Вместо того, чтобы дать им зеленые киловат-часы по конкурентной цене.

Нам необходимо срочно менять эту стратегию, особенно если учесть перемены в Евросоюзе и США. Не только государства, но и крупные компании, мощные концерны будут выдвигать новые требования в том, что касается «зеленой энергетики». Если мы не будем учитывать эти факторы, то российские предприятия останутся за бортом мировых технологических цепочек, так как не смогут поставлять продукцию зарубежным партнерам — просто не будут соответствовать их новым экологическим требованиям.

Еще один фактор, который заставляет скорректировать стратегию, — это влияние потребителей, которые все чаще отдают предпочтение эко-продуктам и тем компаниям, которые заботятся об окружающей среде.

Наконец, на рынок влияют международные финансовые организации, которые уже заявляют, что не будут участвовать в финансировании проектов, которые не учитывают глобальную экологическую повестку. Недавно все обсуждали письмо главы BlackRock — крупнейшей международной инвесткомпании, которая уведомила компании, в которые она инвестирует, о негативных последствиях при неактивном следовании принципам устойчивого развития, стандартам ESG и противодействию изменению климата.


Мы все равно с этим столкнемся

— В чем недостатки ныне действующих норм климатического регулирования в плане влияния на энергетику и как их скорректировать?

— Ключевой недостаток — нет инструментов, которые стимулировали бы снижение выбросов. У нас нет углеродного налога, даже для тех компаний, которые хотели бы платить такие налоги добровольно. В результате мы будем платить этот налог Евросоюзу через пошлины. Регуляторы должны понять, насколько эффективнее ввести такой налог в России, чем платить его Европе. Поэтому необходима разработка мер по стимулированию снижения выбросов. Да, это расходы, но мы с ними все равно столкнемся, когда Евросоюз и другие страны введут новые правила углеродного регулирования. Уверен, что лучше действовать на опережение и в интересах российской экономики.


Спрос на «зеленые киловатты» растет

— А как можно стимулировать продажу «зеленых» киловатт? Каковы перспективы «Фортума» в этом отношении на отечественном рынке?

— Это возможно сделать только рыночными силами — сама международная повестка, направленная на снижение углеродной специализации заставит. Предприятия придут к необходимости покупать все больше «зеленых» киловатт.

Пока спрос стимулируют в основном международные компании — в химической, пищевой промышленности, других отраслях. Из четырех компаний, с которыми «Фортум» уже заключил соглашения о поставках «зеленой» энергии, три — это российские подразделения международных корпораций: Unilever, AirLiquide, AB InBev. Среди российских компаний можно упомянуть Сбер, который также сотрудничает с нами, чтобы повысить долю ВИЭ в своем энергобалансе. Сбер всерьез взялся за устойчивое развитие и оценку ESG-рисков. У нас сейчас в портфеле есть несколько переговоров с новыми промышленными потребителями, которые заинтересованы начать с 2021 года покупки зеленой электроэнергии.

Мы видим активные действия таких крупных компаний, как СИБУР, «Фосагро» и «Щекиноазот» в направлении улучшения своих показателей по направлению устойчивого развития. На подходе и многие другие, включая, например, нефтегазовых гигантов — «Роснефть», «Лукойл».

Существующий уровень спроса можно удовлетворить, но если он станет массовым, мощностей российской программы ВИЭ не хватит. Так что дело не в спросе (он сам появится в результате декарбонизации), а в том, как его удовлетворить? Нужны новые рыночные механизмы. Сейчас нельзя построить крупную ВЭС или СЭС вне программы ДПМ так, чтобы потом иметь возможность на равных выходить на рынок электроэнергии и мощности — не получится получать платежи на уровне не хуже традиционной энергетики, заключать длинные двусторонние договоры на поставку энергии потребителям. В России пока нет такого инструмента — чтобы, например, IKEA пожелала бы заключить выгодный долгосрочный договор на поставку электроэнергии от ВЭС, которую только планируется построить. Компании придется платить дважды — и за энергию от ВЭС, и за присоединение к оптовому рынку.

Но времена требуют перемен. Зеленая энергетика — это уже не экзотика, она становится конкурентоспособной. То, что такая энергетика дорогостоящая, это тоже миф, благодаря новым технологиям — стоимость снижается стремительно. Кроме того, если появится углеродный налог, стоимость «зеленых» киловатт еще снизится относительно «традиционных».


«Зеленому» водороду нужно внимание

— А каковы перспективы развития водородной энергетики в России? Планирует ли «Фортум» участвовать в таких проектах?

— В принятой дорожной карте развития водородной энергетики российское правительство пока не уделяет должного внимания «зеленому» водороду, так как приоритет отдан «желтому» водороду (АЭС) и «голубому» (газ). Считаю, что Министерству энергетики РФ и Правительству было бы правильно обратить внимание именно на «зеленый» водород, то есть тот, который получается при использовании энергии ВИЭ. Это необходимо, опять же, чтобы не потерять крупнейших партнеров в Евросоюзе, иначе спрос на «зеленый» водород удовлетворит кто-нибудь другой.

В Европе корпорация Fortum сейчас активно участвует в формировании водородной энергетики: корпорация присоединилась к ассоциации Hydrogen Europe, которая продвигает использование водорода. Uniper, которая является частью группы Fortum, — пионер среди энергетических компаний, которые занимаются производством водорода: в ее портфеле находятся два пилотных проекта — в Гамбурге и Фалькенхагене. Недавно «НОВАТЭК» и Uniper подписали Меморандум о взаимопонимании в области производства и поставок водорода. Поэтому, когда в России будут созданы условия для водородной энергетики, мы с удовольствием рассмотрим возможности развития здесь компетенций, наработанных нашей корпорацией.


Возобновляемая энергетика, Водородная энергетика, Экология,

Мировой энергорынок: время глобальных переменКод PHP" data-description="Декарбонизация, рост возобновляемой энергетики, производство и использование «зеленого» водорода стали важнейшими трендами мировой повестки. Разработка механизмов углеродного регулирования странами Евросоюза вынуждает их торговых партнеров снижать выбросы и приближать экологические показатели к европейским стандартам." data-url="https://www.eprussia.ru/epr/409-410/5149009.htm"" data-image="https://www.eprussia.ru/upload/iblock/232/232879f79fc637ce839039128edda14d.jpg" >

Отправить на Email


Похожие Свежие Популярные

Войти или Зарегистрироваться, чтобы оставить комментарий.