16+
Регистрация
РУС ENG
Расширенный поиск
http://www.eprussia.ru/epr/338/2050095.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 06 (338) март 2018 года

Цена за спокойствие

Профессиональное сообщество против «залповой» модернизации ТЭС

Задел в виде новых мощностей дает возможность реализовать масштабную и долгосрочную программу модернизации российской теплоэнергетики.

Ее приоритетами должны стать вывод из оборота и замена устаревшего, неэффективного оборудования; внедрение ресурсосберегающих, экологичных технологий; развитие мощностей на основе современных установок с более высокими характеристиками надежности и отдачи.

Об этом заявил президент Владимир Путин на совещании по вопросам развития электроэнергетики в ноябре 2017 г. Глава государства особо подчеркнул: необходимо увязать эти планы с программами развития территорий и ключевых отраслей, обеспечить резервы для роста экономики. Что важно, инвестиции в обновление генерации должны привести к снижению операционных расходов, а следовательно, капитальные затраты не должны ложиться на плечи потребителей – бизнеса, граждан, социальных и государственных учреждений.

В январе Минэнерго России определило принципы модернизации энергетики, но профессиональное сообщество разделилось на два лагеря: одни в целом поддерживают предложения ведомства, а другие категорически против них.



Необходимость или неизбежность?

Выступая на круглом столе «ДПМ на модернизацию: проблемы, необходимость, вызовы», организованном медиахолдингом «Эксперт» совместно с Агентством стратегических инициатив и секцией по законодательному регулированию энергоэффективности экспертного совета Комитета по энергетике Государственной Думы, заместитель министра энергетики России Вячеслав Кравченко уточнил, что новая программа основана на механизме ДПМ и предполагает отдать приоритет модернизации тепловой генерации. Таким образом, сегодня закладывается порядка 1,5 трлн руб. на модернизацию тепловой генерации, а всего на комплексную модернизацию необходимо около 3,5 трлн руб.

Господин Кравченко пояснил: Минэнерго предлагает допускать к участию в конкурсе на реконструкцию (техническое перевооружение, модернизацию) только оборудованные тепловые (конденсационные и теплофикационные) электростанции. Более того, к отбору могут быть допущены только проекты, предусматривающие проведение работ по реконструкции (техническому перевооружению, модернизации) генерирующего оборудования, которое соответствует определенным критериям (они подробно изложены на сайте Минэнерго).

Виктор ЗубаревУ депутатов, по словам члена комитета Государственной Думы РФ по энергетике Виктора Зубарева, нет сомнений в необходимости скорейшего запуска новой программы ДПМ, иначе мы отстанем не только от мировых тенденций, но и начнем проигрывать в эффективности отрасли ближайшим соседям. Пока еще есть возможность не допустить этого.

– Программа ДПМ-1 позволила обновить примерно шестую часть объектов генерации России, однако средний возраст оборудования варьируется от 35 до 50 лет, есть и более старые образцы. Насколько нам известно, ведомствам пока не удалось договориться о едином подходе к списку участников программы ДПМ-штрих. Минэнерго предлагает сделать упор на тепловой генерации как наиболее важной для населения городского индустриального сектора, но есть и другое мнение, что в равной степени надо поддерживать и атомную генерацию, и возобновляемые источники энергии. В связи с этим необходим глубокий анализ ситуации, сложившейся на самом рынке электроэнергии и мощности с учетом перспективного прогноза роста потребления электроэнергии и тепла, – комментирует политик. – Еще один важный аспект, связанный с критериями отбора, касается повышения эффективности модернизируемых мощностей. Безусловно, это важно, но не приведет ли ДПМ-штрих к ускоренному росту тарифов? Если подобное случится, это не принесет ничего хорошего ни экономике, ни потребителям. А значит, программа ДПМ-штрих должна сопровождаться внедрением энергоэффективных и энергосберегающих технологий, в первую очередь, на самих объектах энергетики. Параллельно требуются инвестиции в энергомашиностроение. Ход последних лет показал: если отрасль не будет восстановлена хотя бы по основной номенклатуре, нам придется и дальше зависеть от иностранных поставщиков, которые сильно подвержены санкционному и политическому влиянию.

Семён СазоновВице-президент группы «ОНЭКСИМ», генеральный директор ПАО «Квадра» Семен Сазонов убежден: программа Мин­энерго по модернизации энергетики в части тепловой генерации, одобренная президентом, не просто необходима, а неизбежна:

– Важно обеспечить долгосрочную надежность в энергетике – базовой отрасли, без которой не обойдется ни промышленность, ни население. Сколько бы ни говорили о развитии другой энергетики, в структуре установленной мощности энергосистемы России тепловые мощности и в будущем именно они будут лежать в основе энергонезависимости страны. Реализация программы приведет к мультипликативному эффекту в смежных отраслях, отрадно, что в Минэнерго это понимают и, предлагая программу модернизации, защищают государственные интересы. В конце концов, по опыту ДПМ-1 можно констатировать, что программа дала мощный экономический толчок как для экономики страны в целом, так для и развития энергетического машиностроения в том числе.

Спикер сообщил, что в «Квадре» выработали свой парковый ресурс 585 МВт мощностей, в ближайшие годы парковый ресурс выработает свыше половины всех турбин – таким образом, модернизация жизненно необходима почти 1,5 ГВт мощности.

– ДПМ – это оптимальный способ, когда при реализации модернизации создается наименьшая нагрузка на потребителя. Модернизация значительно дешевле и быстрее нового строительства, это значит, потребитель почувствует ее на своем кармане в меньшей степени. Более того, все знают об ограничении, которое задал президент: тарифы на электроэнергию могут расти в пределах инфляции, не более. И давайте не забывать, что теплоэнергетика напрямую влияет на качество теплоснабжения, поэтому тепловая генерация – это больше чем просто бизнес, особенно в нашей стране, с нашими климатическими условиями. Главы всех регионов присутствия «Квадры» поддерживают программу модернизации теплоэнергетики Минэнерго – именно потому, что теплоэнергетика и теплоснабжение имеют очевидную социальную значимость и напрямую касаются регионов и населения, – подчеркнул господин Сазонов.



Нужен Центр эффективного развития

Анатолий ГоломолзинЗаместитель руководителя ФАС России Анатолий Голомолзин обратил внимание коллег на то, что темпы ввода мощностей в рамках распределенной генерации примерно в два раза выше, чем в большой стационарной энергетике. Это означает, что механизмы, в которых формируется плата за мощности, не являются совершенными, ведь распределенная генерация появлялась без каких‑либо дополнительных мер поддержки со стороны потребителей, которые были вынуждены платить за мощности.

– ФАС неоднократно поднимала этот вопрос, отмечая, что нельзя определять стоимость мощности только генерации, всегда нужно говорить о цепочке: производство – транспорт – потребление. Только выбор оптимального решения по этой цепочке дает возможность рациональным образом использовать инвестиционный потенциал. Если этого не происходит, не факт, что генерирующие мощности будут построены эффективно и будут рационально использоваться, – отметил спикер. – В настоящее время на рынке порядка 40 ГВт избыточной мощности, но неэффективные мощности выводятся темпами, недостаточными для того, чтобы отвечать балансу интересов производителей и покупателей.

Кроме того, на рынке есть ряд других системных проблем, в том числе незавершенность структурных реформ и недостаточные масштабы применения рыночных стимулирующих механизмов в функционировании и развитии рынков. В ходе обсуждения этой темы на Методическом совете ФАС поступили предложения относительно того, что прежде, чем включаться в новые широкомасштабные проекты модернизации мощностей, необходимо все‑таки уточнить модель рынка, существующего в настоящее время на рынке электроэнергии.

Сейчас получается, что в условиях конкурентного ценообразования в конечной цене электроэнергии порядка 20 % формируется в условиях конкурентного рынка, все остальное – тем или иным образом регулируемая составляющая. Будь то плата за передачу электроэнергии, ДПМы и другие платежи, которые формируются не путем отбора, не путем выбора потребителей. Есть проблемы с ТЭЦ, которые в силу модели рынка не работают в эффективном режиме. Это происходит в том числе потому, что отбор происходит на том рынке на шинах электростанций, а объективно тепловые электроцентрали приближены гораздо в большей степени к потребителям, чем, скажем, ГРЭС или АЭС. И эта транспортная составляющая не учитывается при выборе окончательного уровня цен на рынке электроэнергии и мощности.

Именно поэтому генерация, которая находится в местах потреб­ления, при отсутствии каких‑либо мер поддержки оказывается эффективной, ее доля на рынке возрастает. Поэтому, конечно, есть необходимость совершенствовать модель рынка, в частности, модель ценообразования. Необходимо корректировать таким образом, чтобы итоговые решения по оптимальному ценообразованию принимались по тому, сколько стоит электро­энергия у потребителя, а не столько, сколько она стоит на шинах, – считает господин Голомолзин.

Замруководителя ФАС уверен, что сегодня, когда энергетика находится на совершенно ином уровне развития и меняется парадигма всего рынка, нужно задуматься о создании Центра эффективного развития. Он мог бы взять на себя ответственность по подготовке комплекса мер для изменения ситуации, как в части корректировки модели рынка и организационных изменений, так и по построению бизнес-модели в условиях меняющегося рынка. Вопрос в том, кто согласится выполнять функции института развития.

– Интересанты, безусловно, есть, но нужно учитывать некоторые нюансы. Например, «Совет рынка» больше занимается текущей работой, а не вопросами перспективного развития. У «Системного оператора» в приоритете вопросы надежности и меньше экономические аспекты, даже при том, что они занимаются конкурентными отборами на рынке мощности. Сети, в силу разных причин, вынуждены решать свои текущие задачи, а те новации, которые ими в последнее время озвучены, сводятся к просьбе выделения 1,3 трлн рублей на цифровизацию. Поэтому пока неясно, кто мог бы взять на себя функции Центра эффективного развития, стоит обсудить этот вопрос, – резюмировал спикер.



Потребители не хотят идти на поводу

Василий КиселёвПоддерживают необходимость проведения модернизации в электроэнергетике и потребители – крупнейшие промышленные компании, которые и так постоянно занимаются модернизацией, но они, по словам директора НП «Сообщество потребителей энергии» Василия Киселева, против предложений Минэнерго относительно организации этого процесса.

– В первую очередь, мы не согласны со сроками: ведомство предлагает чуть ли не этим летом провести отбор проектов на 2022‑2027 годы. Нет никакой нужды бежать сломя голову, ведь у нас есть хороший задел по мощности – такой «побочный эффект» реализации программы ДПМ, – комментирует спикер. – Во-вторых, мы считаем, что стимулирование массового продления ресурса паросиловых блоков за счет потребителей, как и многие другие инициативы Минэнерго, ведет к углублению технологического отставания отрасли и, по сути, блокирует внедрение современных технологий.

Например, в развитых зарубежных энергосистемах регуляторы стимулируют распределенную энергетику и микрогенерацию ВИЭ, сокращая использование крупных энергоблоков. Они развивают применение систем хранения, поддерживают конкуренцию сервисов и услуг, а также сокращают угольную генерацию. Эти меры позволили сформировать экономичную, гибкую и надежную энергосистему, функционирующую в интересах потребителей. В то же время в России установлен барьер 25 МВт для распределенной генерации, предлагается еще на 20 лет искусственно продлить ресурс крупных объектов на устаревшей технологии паросилового цикла; введены доплаты для неэффективных «вынужденных» электростанций; введено лицензирование энергосбытовой деятельности; предлагается ввести субсидирование угольной генерации (1‑я ценовая зона оптового рынка). В результате мы имеем дорогостоящую и неповоротливую энергосистему, гарантирующую доходы и отсутствие рисков для энергокомпаний.

Выходит, если вновь пойдем на поводу у Минэнерго, то заплатим достаточно высокую цену за стабильную ситуацию с некоторыми гарантиями генераторов на пятнадцать лет и обеспечим привлекательные условия инвесторам на модернизационные мероприятия. А ведь у нас уже сейчас созданы реальные инструменты для того, чтобы компании вели эту работу, как и прежде, за свой счет. Таким образом, заявленная Минэнерго недостаточность действующих рыночных механизмов для реализации проектов модернизации тепловой генерации не подтверждается: за 2012‑2017 годы генкомпании самостоятельно модернизировали около 3 ГВт ТЭС.

Предлагаемые ведомством нерыночные доплаты на модернизацию ТЭС ведут к необоснованному задвоению доходных источников энергетиков и не могут быть утверждены без отмены маржинального ценообразования в КОМ и РСВ. Чтобы не наломать дров, «Сообщество потребителей энергии» предлагает разработать и реализовать меры по сдерживанию темпов роста конечных цен и тарифов на электроэнергию в 2018‑2021 гг. на уровне не выше инфляции, включая сглаживание платежей по ДПМ с 10 на 15‑летний период, ликвидацию перекрестного субсидирования, сглаживание платежей по договорам строительства новых АЭС / ГЭС, исключение продления и появления новых нерыночных доплат на субсидирование объектов ВИЭ, мусоросжигания, цен и тарифов для регионов Дальнего Востока.

Кроме того, предлагается считать нецелесообразным проведение массовой и «залповой» модернизации ТЭС на базовых условиях действующих ДПМ. Однако допускается привлечение средств потребителей на модернизацию при обеспечении снижения ценовой нагрузки, гарантировании показателей эффективности проектов, отобранных на конкурсной основе. Также предложено выполнить оценку социально-экономических последствий предложения Минэнерго по введению новых нерыночных доплат на масштабную модернизацию ТЭС с учетом влияния дополнительных затрат, связанных со строительством удаленных объектов электроэнергетики, развития электросетевого хозяйства, обеспечения модернизации атомной энергетики, развития ВИЭ.

– Надо быть не совсем хорошим человеком, чтобы поддержать такую модернизацию вместо новой стройки. Уверяю: к 2023 году, когда у нас реально возникнет необходимость что‑то делать, таких технологических решений, которые дадут нам серьезнейшие альтернативы, будет гораздо больше. Если мы пойдем предложенным путем, то прикуем себя к старой паровой галере еще на двадцать лет. Я предлагаю дать четкий сигнал генераторам: не надо халявить и стоять с протянутой рукой, пусть используют свои деньги. А если возникнет потребность, давайте проводить открытые конкурсы, тогда найдутся и новые инвесторы, и новые решения. Просто если кто‑то ради какого‑то мифического спокойствия готов закабалить экономику на двадцать лет вперед, это не та цена, которую мы должны платить за это спокойствие, – эмоционально высказался Василий Киселев.

Младший партнер McKinsey & Company Айман Эль-Хашем в ответ предложил рассмотреть возможные макроэкономические эффекты от программы модернизации.

– Коллеги упоминали, что наш парк теплофикационного оборудования довольно старый: порядка 50 % мощностей превысили или достигли возраста 40 лет, а средний возраст оборудования составляет 35 лет. Для сравнения: в США средний возраст мощностей – 30 лет, в Европейском Союзе – около 20, в Китае один из самых молодых – 11 лет. Для анализа эффекта на экономику от программы модернизации использовалась модель «затраты-выпуск», разработанная американским экономистом Леонтьевым. Проведя соответствующие расчеты, мы пришли к выводу, что при инвестициях в программу модернизации в размере 1,5‑1,6 триллиона рублей валовый мультипликативный эффект к 2035 году составит 1,9 триллиона.

При этом инвестиции по программе модернизации распределяются между отраслями строительства, энергомашиностроения и металлургии в соотношении 55 %–35 %–10 %, – прокомментировал эксперт. – Необходимо отметить, что программа модернизации вызовет рост конечной цены на электроэнергию. По нашим оценкам, это порядка 400 рублей за МВт-ч к 2035 году, что, соответственно, уменьшит валовый эффект от программы модернизации. То есть, если ожидаемый полный эффект – это 1,9 триллиона рублей, то после эффекта роста цены на мощность, который мы оцениваем в 845 миллиардов рублей, чистый эффект будет 1,1 триллиона рублей к 2035 году. Таким образом, программа модернизации позволит получить положительный эффект на экономику и на ВВП, а также обновить парк оборудования, что обосновывает ее целесообразность.



Баланс нарушен

– Задача по модернизации устаревшего парка оборудования в тепловой генерации поставлена не сегодня, об этой проблеме говорится давно. Другое дело, что за 25 лет мало что сделано в этом направлении, – отметил советник президента ЗАО «ОМК» по энергетике, советник по естественным монополиям ОАО «Мечел», президент Независимого энергетического альянса Георгий Кутовой. – Модернизация должна была проводиться параллельно с реализацией программы по ДПМ. Если бы они шли одновременно, мы бы уже сегодня имели хорошую модернизированную генерацию. Однако их поставили последовательно, тем самым нарушив баланс экономических интересов между потребителями и генераторами.

Дело в том, что никто толком не определил спрос, и на не подтвердившийся рост спроса на электроэнергию мы закатили очень большую инвестиционную программу, за что в итоге заплатил потребитель. Безусловно, модернизация актуальна и сейчас, но, коллеги, мы оказались на развилке и должны определиться, по какому пути идти. На мой взгляд, не нужно принимать скоропалительных решений, необходимо хорошо все взвесить. Если мы протранслируем ДПМ-1 на ДПМ-штрих или ДПМ-2, то закабалим потребителя еще на 15 лет.

Кроме того, когда мы говорим о модернизации, не стоит забывать: научно-технический прогресс в малой и средней генерации настолько подтянул малую и среднюю энергетику по всем технико-экономическим показателям, примерно до уровня крупноблочной генерации. А с точки зрения стоимости она оказывается еще и дешевле. А если учесть всю цепочку: производство – передача – потребление электроэнергии, получается, сегодня наиболее выгодно строить малую генерацию, которая не требует сетевого строительства. И если мы вернемся к комплексной цене электроэнергии с учетом мощности, с маржинальным ценообразованием, нам хватит средств для обеспечения этой модернизацию без дополнительного сбора денег с потребителей.

Директор по экономике и тепловым узлам ПАО «Т Плюс» Александр Вилесов считает, что приоритетом новой программы модернизации должны стать ТЭЦ, находящиеся в центрах тепловых нагрузок городов, преимущественно с переходом к новой технологии (ПГУ). При этом конкуренция среди технологических решений и типов мощности в интересах потребителей должна основываться на критерии наименьшей совокупной стоимости текущих и капитальных затрат за 15 лет, а не по наименьшим капитальным затратам на 1 МВт модернизируемой мощности.

А вот, по мнению первого заместителя генерального директора – директора по экономике и финансам АО «Татэнерго», участника проекта «Честный энергетик» Айрата Сабирзанова, главной целью предстоящей модернизации должно стать обеспечение надежности и эффективности электроэнергетики в долгосрочной перспективе. Говоря об основных подходах при реализации модернизации, он упомянул о необходимости установления четких и прозрачных критериев отбора самых эффективных проектов для потребителей, а также о том, что ответственность генераторов должна быть соизмеримой с теми средствами, которые потребители платят за модернизацию.

Комментируя услышанное, Вячеслав Кравченко заметил, что меры, которые будут приниматься в отношении модернизируемого оборудования, могут быть не самыми современными, поскольку внутренние возможности российского энергомашиностроения не позволяют применять эффективные решения в полном объеме. Однако в нынешней ситуации, уверен замминистра, нужно делать акцент на обеспечении энергобезопасности России и идти к этой цели сообща.

Отправить на Email

Для добавления комментария, пожалуйста, авторизуйтесь на сайте

Также читайте в номере № 06 (338) март 2018 года:

  • Честный свет, или Как избежать контрафакта
    Честный свет, или Как избежать контрафакта

    Российские промышленные предприятия потребляют около трети производимой в стране электроэнергии, существенная доля которой приходится на систему освещения....

  • Качество экспертизы повысят спросом
    Качество экспертизы повысят спросом

    Российские надзорные органы бьют тревогу: отечественный экспертный рынок заполонили компании, выдающие сделанные «на коленке» заключения о соответствии требованиям промышленной безопасности....

  • Почему Великобритания «давит на газ»
    Почему Великобритания «давит на газ»

    Международные эксперты заметили, что в Великобритании говорят об отказе от российского газа, однако не замечают угольной зависимости королевства. «Многие СМИ обращают внимание на танкеры с СПГ с Ямала, однако я не вижу, чтобы замечали тот факт, что половину импорта угля в Великобританию за три квартала 2017 года обеспечила именно Россия», – написал в Twitter редактор международной энергетической информационной платформы ICIS Эд Кокс. ...

  • Кузбасский уголь остается опасным
    Кузбасский уголь остается опасным

    Кузбасская прокуратура по надзору за исполнением законов в угледобывающей отрасли обнародовала результаты проверок шести угледобывающих предприятий региона. ...

  • Во Пскове упрощается подключение к сетям
    Во Пскове упрощается подключение к сетям

    Директор филиала МРСК Северо-Запада «Псковэнерго» Константин Михайлов познакомил представителей власти, бизнеса и экспертного сообщества региона с упрощением процедуры доступа к электросетевой инфраструктуре. ...