16+
Регистрация
РУС ENG
Расширенный поиск
http://www.eprussia.ru/epr/168/12664.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 04 (168) февраль 2011 года

Единая Европа определила контуры своего энергетического будущего

Главный аналитик Московского энергетического форума (МЭФ) «ТЭК России в XXI веке» Александр Епишов прокомментировал итоги энергетического саммита ЕС, прошедшего в Брюсселе.

Первый европейский энергетический саммит в формате встречи лидеров стран – членов ЕС прошел в Брюсселе 4 февраля. Он проходил на фоне развивающегося долгового кризиса еврозоны.

Суверенные долги ряда европейских стран исчисляются сотнями миллиардов евро, и в настоящий момент нет никакой ясности относительно того, сможет ли создание Европейского фонда финансовой стабильности объемом в 750 миллиардов евро и предоставление кредитов решить эту чрезвычайно тяжелую для еврозоны проблему.



Проверка на прочность

Оценить реальный масштаб последствий реструктуризации суверенных долгов сегодня весьма сложно, но очевидно, что на решение этой проблемы будет влиять ряд негативных процессов.

Во-первых, проблемные страны – такие, как Ирландия, Греция, Испания и, вероятно, Португалия, – вынуждены будут затягивать бюджетные пояса. А ужесточение бюджетной политики, в основе которого, как правило, лежит усиление налогового пресса и снижение расходов на социальные программы,– это меры, крайне непопулярные у налогоплательщиков. Поэтому нельзя исключать, что Европу захлестнет новая волна массовых протестов, наподобие тех, какие мы наблюдали относительно недавно в Греции и во Франции.

Во-вторых, высокие цены на нефть и, в целом, достаточно неопределенная перспектива на других сырьевых рынках усложняют задачу финансовой стабилизации в еврозоне.

В-третьих, реструктуризация задолженности может ухудшить ситуацию с кредитованием реального сектора экономики ЕС, а это, в свою очередь, может вновь изменить вектор едва наметившейся экономической стабилизации.

Наконец, в ведущих странах еврозоны – в Германии и Франции – растет недовольство политикой руководства по «вытягиванию» ЕС из долгового кризиса в ущерб собственному суверенному развитию.

Очевидно, что лидерам ведущих стран – «доноров» европейской интеграции потребуются политическая воля, единство и последовательность для того, чтобы пошатнувшийся общеевропейский корабль не напоролся на новые подводные камни и с минимальными потерями вышел из этого «долгового шторма».



Энергетическая диверсификация любой ценой?

Но вернемся собственно к энергетике. Результат энергетического саммита ЕС не стал неожиданностью. Напротив, его решения абсолютно четко укладываются в намеченную еще в 2006 году стратегическую концепцию: объединение и либерализация европейского энергетического рынка, диверсификация коридоров импорта энергоносителей, приоритетное развитие альтернативной энергетики и кардинальное повышение энергоэффективности во всех секторах экономики.

Вновь подтверждена приверженность достижению определенных ранее стратегических ориентиров «20‑20‑20». Суть этой стратегии заключается в сокращении к 2020 году выбросов углекислого газа на 20 процентов по сравнению с 1990 годом, увеличении доли альтернативных источников энергии до 20 процентов от всего энергопотребления и повышении на 20 процентов энергоэффективности.

Итак, единая Европа хочет иметь единый рынок, единую энергетическую стратегию и скоординированную энергетическую политику как ключевой инструмент реализации этой стратегии. Здесь все понятно, все соответствует главному вектору европейской интеграции, сформированному лиссабонскими соглашениями.

Наверное, этот стратегический курс является абсолютно естественным для Евросоюза, лишенного собственных запасов энергоресурсов, особенно с точки зрения обеспечения долгосрочной климатической и энергетической безопасности. Наконец, этот курс в полной мере соответствует глобальному энергетическому тренду – постепенному переходу к альтернативной и низкоуглеродной энергетике.

Словом, правильным курсом идут товарищи европейцы. Так в чем же проблема? А проблема в том, что такая окончательная и бесповоротная политическая установка ЕС окажет огромное влияние на развитие энергетики и энергетических рынков в десятках государств, в том числе не входящих в ЕС.

Особенно ощутимые последствия следует ожидать для стран – традиционных поставщиков энергоресурсов для ЕС. Для государств, претендующих на новые экспортные коридоры, – например, Турции, Катара, Нигерии, Азербайджана, Туркменистана – эти последствия могут иметь позитивный характер. Для России, Украины и Белоруссии – скорее, негативный.

Россия является крупнейшим поставщиком первичной энергии в ЕС, в этом ее преимущество и, как оказалось, недостаток. После транзитного кризиса, когда из‑за конфликта России и Украины европейские потребители оказались без газа, ЕС все более открыто стал заявлять о необходимости снижения энергетической зависимости от России.

Новая энергетическая стратегия ЕС и нацелена на достижение этой цели. Даже не обращаясь к известным фактам, таким, например, как пресловутый третий энергетический пакет, а стараясь увидеть то, что спрятано между строк итогового коммюнике Брюссельского заседания, можно констатировать: по всем направлениям сегодняшней внешней энергетической политики России будет нанесен существенный ущерб.

Евросоюз практически окончательно перенес на свой уровень принятие всех ключевых стратегических решений в сфере энергетики. Начиная со следующего года под контроль ЕС попадают все соглашения, заключаемые на национальном уровне с третьими странами и компаниями из третьих стан.

По сути, из российских рук выбивается главный инструмент продвижения наших энергетических интересов – межправительственные и межкорпоративные двусторонние соглашения. И хотя формально ЕС пока не отбирает у государств – членов ЕС право заключать такие соглашения, но сам факт оповещения и информирования о них – это лишь первый шаг по их ограничению.



Российские перспективы

Что означает для России «диверсификация экспорта»? Это означает следующее: Россия будет терять не только свою долю экспорта, но и вынуждена будет снижать цены, в частности, на газ. В условиях, когда число поставщиков и количество коридоров импорта увеличиваются, у ЕС появляется поле для маневра, появляется возможность управлять ситуацией, в частности развивать спотовый рынок. А это прямое посягательство на долгосрочные контракты. Поэтому диверсификация по‑европейски – это фактор геополитики, и за ценой ЕС, похоже, не постоит.

Взять, к примеру, рынок газа. ЕС хочет расширять «южный экспортный коридор», в том числе за счет строительства газопровода «Набукко». Это происходит, несмотря на то что с ресурсной базой у проекта большие проблемы и вопрос доставки туркменского газа через Каспийское море далек от разрешения.

Сегодня правовой статус Каспия не определен, а заявка Туркменистана на решение вопроса по возможному строительству Транскаспийского газопровода в двустороннем с Азербайджаном формате не находит поддержки других участников переговорного процесса. Однако ЕС упорно предоставляет проекту режим наибольшего благоприятствования.

В то же время «Южный поток» так и не получил статуса приоритетного для ЕС проекта. Таким образом, можно констатировать, что новая энергетическая стратегия Евросоюза, получившая в Брюсселе политическое благословение руководства ЕС, ни на шаг не приблизила вперед ни энергодиалог Россия – ЕС, ни процесс подписания соглашения о стратегическом партнерстве. Это говорит о том, что ЕС чувствует себя настолько сильным и уверенным, что считаться с интересами России, делать уступки России, искать новые компромиссы он не готов и не хочет.
Однако новая энергетическая стратегия ЕС таит в себе и значительные риски для ее разработчиков. Еще неизвестно, как будут чувствовать себя под одной европейской «энергетической крышей» такие разные страны, как, например, Германия и Польша. Поляки так и не получили полноценной поддержки Германии в деле продвижения своего проекта по СПГ. Почему? Причина в том, что Германия вскоре получит много газа через «Северный поток», а лишний газ в соседней Польше ей неинтересен.

Другой вопрос. Кто решится вкладывать сотни миллиардов евро в альтернативную энергетику, если цены на нефть вновь упадут и рентабельность традиционной энергетики снова вырастет?

История повторяется, и до тех пор, пока глобальная финансовая система и монетарная политика США кардинально не поменяются, вполне вероятно, что в 2012 году новый нефтяной пузырь лопнет, и цены упадут до 50‑60 долларов за баррель.



Новый поворот

Что ж, конкуренция на европейском рынке ужесточается, и России придется разворачиваться на восток – развивать внутренний рынок и пытаться прорваться на рынки Китая и азиатско-тихоокеанского региона. Но движение по этим относительно новым стратегическим направлениям тоже сопряжено со значительными рисками и неопределенностями.

Во-первых, рынок Китая – это часть глобального мирового рынка, и поэтому уровень конкуренции на нем будет расти. Во-вторых, долгосрочное прогнозирование развития китайского рынка осложнено неопределенностью контуров будущей энергетической стратегии Китая.

От того, в какой степени в ближайшее десятилетие Китай будет использовать свои запасы, в том числе нетрадиционные источники, будет зависеть динамика его сырьевого импорта. В-третьих, китайский рынок – это, прежде всего, рынок покупателя и ожидать там того уровня доходности, который мы имеем в Европе, не приходится.

Вопрос с внутренним газовым рынком тоже далеко не однозначный. Запланированное повышение внутренних цен на газ может не сработать –
производство вне зоны ТЭК находится в глубочайшем кризисе. Инвесторы в Россию не спешат.
За относительной макроэкономической стабильностью скрывается целый клубок проблем, главная из которых – отсутствие реальных структурных изменений и связанных с ними внутренних факторов экономического роста, неспособность правительства выстроить новую экономическую модель. Получается, что «энергетическую кашу», заваренную в ЕС, придется расхлебывать российским потребителям со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Но, как говорится, нет худа без добра. Наш сырьевой экспорт – это наше преимущество и беда одновременно. Может быть, мы еще скажем спасибо нашим европейским партнерам за то, что они вынудили нас перейти, наконец, от слов к делу, вспомнить четыре буквы «и» президента Д. Медведева и приступить к построению нормальной цивилизованной рыночной экономики, в которой частный бизнес, экономическая свобода и конкуренция станут ключевыми ценностями.

Отправить на Email

Для добавления комментария, пожалуйста, авторизуйтесь на сайте

Также читайте в номере № 04 (168) февраль 2011 года:

  • Планка производительности переносных осциллографов стала выше!
    Планка производительности переносных осциллографов стала выше!

    Двадцать лет назад осциллографы начали широко применяться не только в лабораторных, но и в полевых условиях. ...

  • Быстродействующая модификация ПЦ6806
    Быстродействующая модификация ПЦ6806

    ООО «НПП Электромеханика» разрабатывает и производит широкий спектр оборудования для оснащения систем АСУТП, ССПИ, СОТИ, АСДТУ и телемеханики. ...

  • Блиц

    В Государственную думу внесен проект федерального закона № 497896‑5 «О внесении изменений в ФЗ «Об электроэнергетике». По словам автора законопроекта, председателя думского Комитета по энергетике Юрия Липатова, «законопроект направлен на дальнейшее совершенствование правового регулирования в электроэнергетике с учетом опыта, накопленного в течение переходного периода реформирования отрасли». Изменения касаются, прежде все...

  • Дмитрий Гуджоян – новый генеральный директор МРСК Центра
    Дмитрий Гуджоян – новый генеральный директор МРСК Центра

    Совет директоров ОАО «МРСК Центра» 3 февраля избрал генеральным директором общества Дмитрия Гуджояна, исполнявшего эти обязанности последние два месяца. ...

  • Scania получила госзаказ на биотопливные автобусы
    Scania получила госзаказ на биотопливные автобусы

    Шведский автобусный гигант Scania получил заказ на 158 биотопливных автобусов от муниципальной транспортной компании Keolis Sverige. Такой шаг позволит усилить позиции экологически чистого транспорта в стране. ...