Энергетическим вузам обещают светлое будущее - Энергетика и промышленность России - № 06 (146) март 2010 года - WWW.EPRUSSIA.RU - информационный портал энергетика
16+
Регистрация
РУС ENG
Расширенный поиск
http://www.eprussia.ru/epr/146/11255.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 06 (146) март 2010 года

Энергетическим вузам обещают светлое будущее

Тема номера Беседовала Ольга МАРИНИЧЕВА

Российское высшее образование вступило в эпоху перемен: власть предержащие вспомнили о важности не только гуманитарно-экономического, но и технического образования.

Смогут ли отечественные вузы дать достойный ответ на вызов времени? «ЭПР» решила обсудить эту тему с первым проректором по учебной работе Московского энергетического института Павлом Росляковым.



Поворотный пункт

– Одно из важнейших событий минувшего года – совещание в МЭИ под руководством министра энергетики Сергея Шматко, в котором участвовали руководители энергетических компаний страны и ректоры российских вузов, готовящих специалистов в области энергетики. Участники совещания признали целесообразность использования потенциала российских вузов – экспертного, научного и образовательного. Значит ли это, что энергетики окончательно определились в том, что они хотят получить от системы высшего образования, что эта встреча стала поворотным пунктом, с которого начнутся качественно новые отношения?

– Такие встречи ректора и руководства МЭИ с руководством энергетических компаний проводятся достаточно регулярно. Более того, глава Минэнерго – председатель попечительского совета МЭИ и находится в курсе наших дел и проблем. Мы не только договорились о наших взаимоотношениях в целом, но и заключили соглашения о сотрудничестве с отдельными энергокомпаниями, в том числе с СО ЕЭС и ФСК ЕЭС. Перспектива заключения подобных соглашений обсуждается с МРСК, «Силовыми машинами» и другими компаниями.

Речь идет не только о целевой подготовке специалистов, корректировке учебных планов и программ в соответствии с потребностями энергетиков и о возможности прохождения производственной и преддипломной практики на базе энергокомпаний. Мы предложили привлекать специалистов МЭИ для технических экспертиз и выполнения НИОКР для энергокомпаний. Обсуждалась и возможность доступа энергетиков к обширной инфраструктуре университета. Мы рассчитываем, что практика заключения подобных соглашений будет расширяться с учетом запросов, которые предъявляют новые собственники энергокомпаний, и готовы дать энергетикам время для осознания того, в чем они нуждаются.

Главная из ожидаемых перемен уже налицо – государство и энергетики готовы к диалогу с техническими вузами России, признали их значимость в развитии экономики страны. Несколько лет назад, накануне реформы энергетики, председатель правления РАО ЕЭС Анатолий Чубайс заявил о том, что отрасли нужны менеджеры и экономисты, а не инженеры. Прошло не так уж много времени, и Чубайс признал, что российской энергетике нужны инженеры и только во вторую очередь – менеджеры. По-видимому, к аналогичному заключению пришли и нынешние руководители энергетической отрасли. К сожалению, для того чтобы признать этот факт, понадобились очень серьезные уроки, в том числе урок Саяно-Шушенской ГЭС.



Тернии кризиса

– Новые отношения формируются в не самое простое для энергетиков и высшей школы время, в условиях пересмотра стратегий и сокращения затрат. Влияют ли кризис и его последствия на число студентов, желающих получить платное образование, на политику компаний, финансирующих обучение студентов-платников, на объем инвестиций в науку и образование?

– Нельзя сказать, что кризис и вынужденное сокращение расходов заставили в корне пересмотреть всю деятельность МЭИ и других энергетических вузов, хотя изменения налицо. Нам пришлось оптимизировать свои расходы – больше экономить, изыскивать внебюджетные средства. Ведь даже, к примеру, в США многие ведущие университеты были вынуждены сократить ассигнования на научную работу и НИОКР из‑за сокращения объема коммерческих заказов. В связи с кризисными явлениями бюджет МЭИ в 2010 году оказался несколько меньше, чем в 2009 году, а в 2009 году – соответственно, меньше, чем в 2008‑м.

Неизменными остаются только две статьи расходов: зарплаты и стипендии. Но мы рассчитываем воспользоваться плюсами, которые дали нам последние, относительно «тучные» годы. Одно из важнейших «приобретений» последних лет – результаты участия в национальном проекте «Образование», направленном на реализацию инновационных образовательных программ. В течение двух лет действия программы (2007‑2008 годы) мы получили из государственного бюджета 560 миллионов рублей. Это позволило основательно модернизировать лабораторную базу, учебные аудитории, создать ряд совершенно уникальных стендов, повысить квалификацию преподавателей. Параллельно мы реализуем проект модернизации нашей знаменитой учебно-экспериментальной ТЭЦ МЭИ, построенной еще в 1950 году и готовящейся к переводу на парогазовый цикл. Какие‑то планы остались невыполненными по причине сокращения финансирования, и все‑таки мы рассчитываем, что вложения в модернизацию пойдут на пользу не только нам, но и нашим партнерам-энергетикам.



Учеба и практика

– Уже несколько лет российская высшая школа встраивается в двухуровневую систему высшего образования. Не секрет, что этот процесс вызывает противоречивые оценки, в том числе со стороны работодателей. Как вы оцениваете эти новшества?

– Если говорить о положении дел в МЭИ, то мы занимаемся внедрением двухуровневой системы образования с самого начала, около 15 лет. При этом мы предлагаем некоторую модификацию этой системы, соответствующую российским условиям, прежде всего – особенностям нашего среднего образования. Дело в том, что для того, чтобы подготовить полноценного специалиста для энергетики или энергомашиностроения, четырех лет бакалавриата явно недостаточно, при таком подходе он просто не успеет пройти полноценную специальную подготовку. А вот после двухлетней подготовки на базе бакалавриата (то есть всего 6 лет обучения) молодой выпускник сможет получить необходимую инженерную подготовку. Аналогичный подход действует, к примеру, в ряде стран ЕС, где выпускникам университетов дают диплом магистра-инженера, так что мы не изобретаем велосипед, а предлагаем решения, проверенные на опыте других стран.

Есть и еще одна причина, побуждающая оставить подготовку инженеров в рамках магистратуры. Связана она с тем, что уровень знаний, который дает наша средняя школа, в большинстве своем оставляет желать лучшего. К тому же мы отстаем от мировой практики не только по качеству школьного обучения, но и по его продолжительности, и отстаем достаточно заметно – на два-три года, необходимых для того, чтобы овладеть общими основами профессиональных знаний. Наши школьники учатся 11, по сути – 10 лет, в то время как их зарубежные ровесники переходят на промежуточную ступеньку между школой и университетом, поступая в high-school или в лицей. В результате они не только получают дополнительные знания, но и становятся студентами университетов в более зрелом, ответственном возрасте, в то время как наши первокурсники нередко смутно понимают, какую профессию они хотят выбрать и что они хотят от взрослой жизни.

– Получается, что старый анекдот о первокурснике, которому предлагают забыть, чему он учился в школе, и начать с нуля, имеет под собой более чем реальную основу?

– Наша система образования была одной из лучших в мире, но это было в 1960-80‑е годы. А если учитывать, что последние 15-20 лет наука и образование финансировались, что называется, по остаточному принципу, трудно надеяться, что российские вузы мигом окажутся в авангарде мировой науки и начнут предлагать инновационные технологии, как только получат соответствующий заказ. Поддерживать такие надежды – все равно что забыть поливать дерево, дать ему засохнуть на корню, а потом удивляться, что оно не дает цветов и плодов.

В качестве положительного примера можно привести опыт Китая, когда государство осуществляло целенаправленное и достойное финансирование ведущих китайских университетов для того, чтобы они достигли мирового уровня. Правда, сегодня мы находимся в лучшем положении, чем в середине девяностых годов, когда сотрудникам университетов приходилось работать в нескольких местах, чтобы прокормить семью. И все‑таки нехватка молодых специалистов остается главным тормозом развития российской высшей школы или, по крайней мере, одним из основных препятствий. Стоит сравнить зарплату ассистента в 5 тысяч рублей, доцента (11 тысяч рублей) и профессора (18 тысяч рублей) с оплатой этих категорий преподавателей в СССР, чтобы понять, почему вчерашние студенты предпочитают идти не в науку, а в энергетику, где им предлагают с самого начала зарплату в 25-40 тысяч рублей с перспективой будущего роста.



Инженеры возвращаются

– Так оно и есть, но вспомним, что сравнительно недавно начинающим энергетикам приходилось рассчитывать на значительно более скромные условия, так что при возможности выбора они предпочитали работать где угодно, но только не по специальности.

– Такая ситуация имела место в середине 1990‑х годов, но новая энергетическая политика и ее последствия изменили ситуацию на все сто процентов – сегодня практически все выпускники МЭИ находят работу по специальности. Более того, многие из наших студентов знают, где будут работать, уже на 4-5-м курсе, а некоторое время спустя они проходят преддипломную практику на базе «своего» предприятия. Им нет нужды обивать пороги в поисках работы – работодатели приходят к нам сами.

И МЭИ, в свою очередь, старается соответствовать требованиям рынка труда, предлагая новые формы высшего образования и последипломного повышения квалификации. Каждый год у нас открываются новые специальности, новые федеральные государственные образовательные стандарты позволяют менять рабочие программы учебных дисциплин значительно чаще, хоть каждый год. Это позволяет нам быстрее учитывать требования работодателей. В частности, мы развиваем направления, связанные с использованием возобновляемых энергетических ресурсов, с энергоэфективностью. В минувшем году в составе МЭИ была создана лаборатория по разработке перспективных космических энергетических технологий. И вместе с тем мы поддерживаем и развиваем традиционные направления, держим курс на сохранение традиций, стараемся придерживаться политики здорового консерватизма, который позволил сохранить базу высшей школы и помог нам выжить в недавнее смутное время.

Отправить на Email

Для добавления комментария, пожалуйста, авторизуйтесь на сайте

Также читайте в номере № 06 (146) март 2010 года:

  • Энергетическим вузам обещают светлое будущее
    Энергетическим вузам обещают светлое будущее

    Российское высшее образование вступило в эпоху перемен: власть предержащие вспомнили о важности не только гуманитарно-экономического, но и технического образования. ...

  • Блиц

    Представители Министерства энергетики приняли участие в 45-м заседании Экономического совета СНГ. Рабочей группе по согласованию энергетической политики, действующей в рамках совета под руководством заместителя министра энергетики РФ Андрея Шишкина, поручено разработать план первоочередных мероприятий в рамках Концепции сотрудничества государств СНГ в энергетике. В проект внесены мероприятия по повышению энергоэффективности экономики...

  • Энергосберегающее оборудование Группы ГМС
    Энергосберегающее оборудование Группы ГМС

    ОАО «Группа ГМС» – динамично развивающийся машиностроительный холдинг, обладающий самым мощным научно-производственным комплексом в России и странах СНГ. ...

  • Угольщиков простимулируют тарифами
    Угольщиков простимулируют тарифами

    Необходимо создавать конкурентные преимущества для отечественного угля на мировом рынке. Так считает председатель Комитета по энергетике Государственной думы Юрий Липатов. ...

  • ЗАО «Электронмаш»: комплектные трансформаторные подстанции
    ЗАО «Электронмаш»: комплектные трансформаторные подстанции

    Если ввести в любой поисковой системе Интернета сокращенное название комплектной трансформаторной подстанции (КТП), выпадает огромное количество ссылок с похожими названиями. ...