16+
Регистрация
РУС ENG
Расширенный поиск
http://www.eprussia.ru/epr/146/11232.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 06 (146) март 2010 года

Севкабель-Холдинг: тайм-аут для дальнейшего взлета

Производство для энергетики Беседовала Ирина КРИВОШАПКА

Когда гиганты отрасли объявляют о частичных проблемах в бизнесе, это считается обычным явлением и почти не воспринимается ни партнерами, ни конкурентами. И те, и другие намекают на везение, мол, в кризис могло быть и хуже.

А если случилось хуже? Реакция партнеров на заявление о несостоятельности компании гораздо быстрее и жестче любых оценок происходящего: каждый в этой ситуации отстаивает свои интересы. Инвесторы уверены – нужно быстрее вернуть хотя бы часть вложенных средств, финансируемая компания считает, что бизнес лучше сохранить если не высокой ценой, то хотя бы всеми доступными средствами. Особенно если этот бизнес не только прочно существует, но и имеет все перспективы роста.

О том, как сохранить свое положение на рынке, несмотря на серьезные и вполне обоснованные проблемы, мы побеседовали с президентом ОАО «Севкабель-Холдинг» Геннадием Макаровым.

– Компания до кризиса развивалась очень мощными темпами – прирост объемов производства ежегодно составлял около 60 процентов, – рассказал Геннадий Александрович. – В 2007 году мы приняли решение ввести в состав холдинга еще два предприятия –«Сарансккабель» и «Цветлит» – и довести наше участие на рынке кабельной продукции до 17‑20 процентов. Но нашим планам не суждено было свершиться: оформление покупки заводов мы закончили в первом квартале 2008 года, а во втором квартале начался спад, который проявился не в потреблении продукции, а в резком удешевлении сырья для производства кабеля. Учитывая то, что кабель на 75 процентов состоит из разных материалов, вся стоимостная формула нашего основного продукта начала резко снижаться: до конца 2008 года резко упали цены на металлы, из которых изготавливается кабель, – медь и алюминий подешевели на 60‑70 процентов. Естественно, все наши заказы сократились в цене, несмотря на то что в физическом выражении, в частности по объемам переработки металла, мы оставались на прежнем уровне, а ценовые, стоимостные показатели «рухнули». Иными словами, мы лишились того, на что ранее покупались материалы, складывалась прибыль, содержались кредиты на развитие, ведь мы работали в основном за счет привлечения средств ведущих банков России: Сбербанка, «Банка Санкт-Петербург», ВТБ и др. Несмотря на то что объем кредитования остался на прежнем уровне, наш стоимостный баланс уменьшился на 70 процентов, продукция на складе обесценилась – теперь она стоила 30 процентов от номинала. Как содержать кредиты и пережить кризис?

Это можно сравнить с волной цунами, которая накрыла еще недавно цветущий оазис и превратила его в жалкие остатки от былого благополучия. Но даже в этих условиях в 2009 году мы ни разу не остановили производственные мощности: да, были сокращены рабочие недели, да мы резко сократили издержки производства – это была вынужденная мера, чтобы высвободить средства для обслуживания кредитов.

Однако этого не хватило. В течение всего 2009 года мы вели переговоры с некоторыми банками-партнерами о реструктуризации кредитов и в итоге договорились об освобождении по выплате процентов по кредитам. Это большое подспорье позволило нам в прошлом году остановить падение производства. Огромное спасибо «Банку Санкт-Петербург», который в мае 2009 года принял решение кредитовать наши оборотные средства, тем самым поверив в нас и в то, что мы можем выйти из сложившегося нелегкого положения. Примерно тогда же начался рост цен на медь. Таким образом, восстанавливаются наши стоимостные показатели, и сейчас выходим на докризисные объемы продаж, хотя и не уверены, что создавшаяся сейчас цена будет постоянной. Именно поэтому мы не можем применить такие способы закупок меди и алюминия, как хеджирование: мы не в силах предугадать завтрашнюю цену на металлы – сегодня она взлетает, завтра падает.

– Иными словами, может упасть до самых низких пределов?

– До каких угодно. Поэтому сегодня мы очень осторожно подходим к закупкам меди и алюминия, закупая сырье только на текущий план по заявкам. Иными словами, ведем более осторожную политику закупки материалов.

– На какой период вы рассчитываете продлить эту политику?

– Она сохраняется в режиме онлайн. Так мы прожили весь прошлый год – в апреле остановили падение производства, а с мая начали рост и по итогам 2009 года отметили существенный прирост показателей – в целом по четвертому кварталу 2009 года прирост к третьему кварталу 2009 года составил 40 процентов.

Стоит отметить, что мы добились существенного показателя прироста именно объемов, но не уровня выпуска, который был у нас до кризиса. Кроме того, уже этой зимой нас ждало сезонное падение продаж. Это происходит каждый год, но нынешняя зима довольно тяжелая: большой снежный покров, морозы – все это, конечно же, не позволяет прокладывать крупный кабель. Поэтому мы ждали зиму с долей негатива. Но ситуация на рынке показала, что наши страхи напрасны: первый квартал этого года компания отрабатывает лучше, чем год назад, ежемесячный рост составил 10 процентов по отношению к предыдущему периоду. Думаю, общеквартальный рост в начале 2010 года по отношению к первому кварталу 2009 года будет 20‑25 процентов.



Оптимизм с осторожностью

– Показатели более чем оптимистичные. В чем подвох?

– Да, показатели хорошие. Мы еще не вышли на плановые показатели по прибыли, однако сумели не только благоприятно пережить 2009 год, но и подняться по показателям 2010 года на 25 процентов роста. И этот рост касается не только объемов производства, но и формулы стоимости продаж: мы увеличиваем цену кабеля очень осторожно, чтобы не потерять связь с рынком и понимать, какая цена приемлемая, какая – нет. Потому что рядом находятся компании, готовые поставить кабель гораздо дешевле и ниже качеством. Это отчасти мешает нам. Но я настроен оптимистично на этот год и ожидаю, что наш в целом рост объемов производства составит около 40 процентов. Конечно, до показателей 2008 года нам еще далеко, но к 2011 году мы планируем выйти на докризисное производство и по показателям маржинальной прибыли, и по показателям объемов выпуска. Кстати, наметилась положительная тенденция в потребительских предпочтениях: кризис развернул наших потребителей в сторону оте-
чественных производителей – к нам стали проявлять повышенное внимание энергетики. Например, мы принимали на предприятии делегацию Холдинга МРСК во главе с Н. Н. Швецом, мы неоднократно встречали энергетиков Санкт-Петербурга, которые посещали наши производства с целью знакомства с достижениями.

– Какие достижения заслужили самое большое внимание отраслевиков?

– Еще до кризиса мы запустили производство высоковольтного кабеля на напряжение до 220 кВ включительно. Основное развитие это производство получило как раз в кризисный период. В 2009 году мы открыли новые мощности на «Сарансккабеле», позволившие значительно расширить номенклатуру кабелей с изоляцией из сшитого полиэтилена. Совсем недавно запустили новую крутильную машину на «Молдавкабеле», что позволит нам выпускать силовой кабель в пятижильном исполнении непосредственно на «Молдавкабеле», тогда как раньше мы использовали это предприятие в кооперационной связи – оно изготавливало жилу, которая поступала дальше в Саранск, и там выпускался кабель. Теперь цикл полностью замкнут на «Молдавкабеле». Не так давно на «Агрокабеле» были запущены новые мощности, благодаря которым завод стал крупнейшим предприятием по изготовлению специализированных видов кабельно-проводниковой продукции – неизолированных проводов сечением до 1 500 кв. мм для воздушных линий 500 кВ и выше, расширено производство по выпуску самонесущих изолированных проводов на напряжение до 35 кВ включительно.

Большим прорывом я считаю и то, что мы разрабатываем новые виды неизолированных проводов для линий электропередачи, противостоящих обледенению. Известно, что для всех неизолированных электропроводов большой бедой становятся резкие перепады температуры, большие снегопады, наледь на проводах, которая весит иногда больше, чем сам провод, в результате чего происходит провисание провода, обрыв, а при сильных ветрах – перехлестывание проводов, приводящее к короткому замыканию. Наш НИИ «Севкабель» разработал новые антиобледенительные системы. И сейчас мы ищем партнеров в сетевом комплексе для того, чтобы финансировать поставки опытных линий на эксплуатацию.

– Есть ли какие‑то предварительные оценки технологии?

– Есть предварительные отклики. В качестве опытного образца мы построили такую линию протяженностью около 2 км в районе Петрозаводска («Карел-энерго»). Теперь работаем над продвижением этих образцов в серийное производство – этой технологией очень заинтересовались российские МРСК.

Как я уже говорил, наши потребители обратили внимание на отечественных производителей, и это стало серьезной поддержкой для нас. Думаю, подстегнет их и выступление премьер-министра страны Владимира Путина на Саяно-Шушенской ГЭС. Он перечислил многие компании, которые должны вкладывать инвестиции в энергетику, но не сделали этого.

Мы ожидаем всплеска активности энергетиков. Хотя уже сейчас все линии, выпускающие высоковольтный кабель в ОАО «Севкабель», загружены на 100 процентов. Такого раньше не было, чтобы в первом квартале высоковольтный кабель вдруг пользовался большим спросом, и не только на Северо-Западе, но и по всей России. Единственный недостаток – сроки изготовления: мы, к сожалению, не получаем заказы заранее, а срок изготовления кабеля порядка 45 дней, 10 дней из которых идет само производство кабеля и 30‑35 дней продукция должна пройти дегазацию, во время которой кабель освобождается от взрывоопасного метана. Эту процедуру сократить или исключить невозможно, так как линия электропередачи, смонтированная из недегазированного кабеля, при пуске может просто взорваться.

Поэтому хотелось бы иметь предварительные заявки от заказчиков для того, чтобы заполнить склад как минимум месячным объемом выпущенной продукции. Полагаю, что во втором квартале этого года мы станем работать на склад. И сейчас мы обсуждаем с банками возможность обеспечения оборотных средств.

Кризис многому научил и в планировании наших заказов, и в исполнении, и в выборе заказчиков. Раньше заказчик мог только озвучить желание приобрести определенный кабель – мы тут же запускали линию. Потом заказчик от нас уходил, а кабель ложился на склад. Сегодня мы не можем этого допустить.

Сегодня в таком положении находимся не одни мы – более половины российских предприятий недозагружены, и перспектив загрузки у них нет.

– От чего зависят перспективы загрузки?

– От того, насколько наше правительство поддерживает инвестиционные планы энергетиков, промышленников и др. Допустим, мы интересуемся строительством дорог на Дальнем Востоке. А это означает, что увеличится структура энергопотребления того региона, куда эти дороги ведут. Кроме того, я внимательно слежу за тем, как развивается строительство, в частности жилищное, которое ожидает большие перспективы. А это примерно 30 процентов объемов нашего кабеля.



Положительно не всё

– По вашим словам, все неплохо идет. Почему же все‑таки вы решились на объявление банкротства?

– Мы подали заявление о банкротстве (несостоятельности), потому что при всем росте объемов мы не в силах выплатить те облигационные займы, которые были взяты нами в 2007‑2008 годах. Взяв эти займы, мы заместили кредиты, которые брали в банках на покупку оборудования, как раз для того, что озвучило правительство и о чем я выше уже сказал. За два года мы планировали выкупить с рынка еще один – третий – облигационный заем, но не успели, выкупив лишь половину его. Четвертый заем попал как раз в период кризиса. Самое главное, наши держатели облигаций, вложившие в нас, сегодня хотят вернуть средства. Но ведь когда мы выпускали облигационные займы, то сообщали, что срок выпуска облигационного займа – 5 лет. В течение этого времени все вложенные инвестиции окупятся, и мы погасим займы.

Когда рынок начал рушиться, мы встали перед дилеммой: либо объявить дефолт, либо всю «оборотку» направить на выкуп облигаций у держателей по номинальной стоимости с процентом за содержание и при этом остановить все производственные мощности.

– Выбор нелегкий…

– Да. Мы выбрали вариант, при котором нужно сохранить производство – именно оно со временем позволит нам выкупить облигационные займы. В течение года мы пытались реструктуризировать эти облигационные займы, но встретили полное непонимание некоторых держателей облигаций – они не высказали ни малейшего желания ждать. Есть и банки, которые не пошли на реструктуризацию долгов. Хотя некоторые финансовые партнеры поняли, что, загубив производство, можно вообще не получить вложенные деньги назад. В этом отношении хочу поблагодарить руководство Альфа-банка, которое помогло нам пережить этот год.

И я уверен, период финансового оздоровления, которое называется страшным словом «банкротство», – это формальное заявление о несостоятельности, о введении процедуры наблюдения, которое позволяет в течение определенного времени – а это 7 месяцев по закону – наработать нам какие‑то средства и приступить к полноценной реструктуризации тех облигационных займов и кредитов, которые не реструктуризированы в настоящее время.

Кстати, отмечу, что, объявив о банкротстве, мы действуем в соответствии с законом. Если правовое поле допускает, что мы можем находиться в процедуре наблюдения 7 месяцев, то в это время к нам не могут применить никакие санкции по части изъятия активов, ареста счетов и имущества.

– Вы выигрываете время?

– Нет. Мы это время используем для того, чтобы «нарастить жирок» и потом поделиться им с нашими кредиторами. Другого выхода у нас нет. Если мы этого не объявим, то все кредиторы придут к нам с исполнительными листами, что повлечет гибель производства. Поэтому и было принято решение на период финансового оздоровления подать заявление о несостоятельности.

И я уверяю всех заказчиков: ни одно производство не будет остановлено, мы кредитуем «оборотку», наращиваем свои объемы. К концу года выйдем на определенную долю прибыли, ведь если б мы не представили бизнес-план с выходом «на плюс», ни один банк не поддержал бы нас.

В течение 2010‑2011 годов мы намерены накопить резервы для того, чтоб удовлетворить требования кредиторов и держателей облигаций. Закрытие облигационных займов намечено на 2012‑2013 годы. Могу заверить инвесторов, вложивших в нас деньги: они не ошиблись, но кризис, который нас настиг, было очень сложно предугадать. Мы находились в ситуации, когда самолет попал в стаю птиц и у него внезапно остановились все двигатели. Сейчас, совершив жесткую посадку, мы делаем все, чтобы привести в нормальное состояние машину и сделать новую попытку взлета. Мы не намерены распродавать все за 3 рубля, мы сохраняем бизнес в том виде, в котором он был до кризиса. Наша компания была пионером создания отраслевого холдинга, да, что‑то не получалось, но ведь не ошибается тот, кто ничего не делает. И если мы ошиблись, я готов с этим согласиться, но не могу признать себя неэффективным менеджером, который без оглядки брал кредиты и сложил полномочия, обанкротив компанию. Я создал этот холдинг, он жил, жив и будет жить.



От оздоровления к обновлению

– Кризис отбросил нас на полтора года назад по высоковольтному комплексу на 500 кВ, проект которого был готов в 2008 году. В 2009-м мы должны были начать монтаж оборудования – не удалось. Но мы не опустили руки и сейчас прорабатываем вопрос финансирования этого высоковольтного комплекса через Внешэкономбанк – уже получили положительное заключение комиссии, которая отметила, что готова провести дальнейшую экспертизу проекта и идти с нами к выделению средств на организацию этого комплекса.

– Для чего он нужен?

– Естественно, кабель на 500 кВ в России начнут активно потреблять не ранее чем через 5 лет. Но это не говорит о том, что сейчас не надо работать. Этот комплекс может выпускать кабели от 35 кВ до 500 кВ. Сегодня растет потребность в кабеле на 220 и 330 кВ, поскольку начинают запускаться новые энергетические объекты. Чтобы передавать мощность от новых энергообъектов до первой понижающей подстанции, нужен крупный кабель с большим сечением, позволяющий без особых потерь передавать электроэнергию.

Раньше передача осуществлялась воздушным путем. На сегодня более совершенным решением для крупных городов и предприятий является передача электроэнергии по изолированному кабелю, и к этому придут все энергетики. И самое главное, Санкт-Петербург и Москва уже закольцовываются линией по 330 кВ. И чем больше энергетики будут раскрывать свои планы, тем быстрее мы подготовимся к этому проекту. В России подобный комплекс будет первым, тогда как, например, в Китае их уже 30. Мы опаздываем от остальных стран, значит, даем возможность импортерам поставлять в нашу страну свой кабель по своим ценам. А ведь эти средства можно вложить в новое строительство. Эта перспектива позволит нам освободиться от западной зависимости.

– Высказало ли какую‑то заинтересованность в этом проекте Министерство энергетики?

– Министерство имеет к этому опосредованное отношение. Но Внешэкономбанк не принял бы положительное решение по этому проекту, если бы Минэнерго не подтвердило – проект интересен. Заинтересованность есть, но она вялая, потому что никто пока не видит перспектив потребления кабеля 500 кВ. Поэтому мы говорим, что строим на перспективу, но на этом комплексе будем выпускать кабели 35‑110‑220‑330‑500 кВ, то есть всю линейку продукции.

Отправить на Email

Для добавления комментария, пожалуйста, авторизуйтесь на сайте

Также читайте в номере № 06 (146) март 2010 года:

  • Совещание оперативного персонала
    Совещание оперативного персонала

    В «Колэнерго» прошло совещание оперативного персонала энергосистемы Мурманской области. ...

  • Дотации будут снижены
    Дотации будут снижены

    Правительство России намерено к 2015 году снизить дотации бюджетным учреждениям на оплату энергоресурсов на 15 процентов. ...

  • На Красноярской ТЭЦ-1 отремонтировали котлоагрегат
    На Красноярской ТЭЦ-1 отремонтировали котлоагрегат

    На Красноярской ТЭЦ-1  17 марта после планового капремонта ввели котлоагрегат № 20. Ремонтные работы были проведены в срок, согласно графику, с 23 января по 16 марта. ...

  • Миллиарды – в тепло
    Миллиарды – в тепло

    В Южно-Сахалинске представили инвестиционную программу по развитию системы теплоснабжения на 2011‑2016 годы. Стоимость мероприятий – 3,6 миллиарда рублей. ...

  • Передовые направления

    На вопросы о тенденциях в энергонауке «ЭПР» ответил Игорь Михайлов, директор института «Теплоэлектропроект». ...