16+
Регистрация
РУС ENG
Расширенный поиск
http://www.eprussia.ru/epr/104/7952.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 12 (104) июнь 2008 года

Абсолютная реформа, или Как сохранить отрасль

Энергетика Подготовила Ирина КРИВОШАПКА

Анатолия Чубайса как автора многих реформ и системных преобразований в России с каждым днем оценивают все более неоднозначно. Одни говорят, что он готов поступиться корпоративными интересами РАО ЕЭС в пользу национальных и уволиться с занимаемой должности точно в срок, запланированный им самим несколько лет назад. Другие заявляют, что именно этот человек разрушил великую советскую энергосистему, оставив в наследство новую и непонятную рыночную модель.

Все оценки имеют право на существование. Труднее понять суть и смысл реформы.

О прошлом, настоящем и будущем отрасли на последней в истории конференции «РАО ЕЭС – открытая компания» говорили глава холдинга Анатолий Чубайс, председатель правления СО ЦДУ Борис Аюев и член правления РАО Андрей Трапезников.

А. Чубайс начал свое выступление так:
– У нас был спор, как назвать сегодняшнюю конференцию: «РАО ЕЭС России – открытая компания» или же «РАО ЕЭС России – закрытая компания». В результате оставили прежнее название, несмотря на то что компания полным ходом приближается к триумфальной ликвидации, которая и была задумана. Но прежде мы решили рассказать не только о том, что сделано, но и в большей степени о завтрашнем дне отрасли – рисках, которые уже возникают; часть из них активно обсуждается аналитиками и журналистами, другая часть, к сожалению, невидима для экспертного сообщества.



Почему хотели уволить Чубайса

– Суть реформы электроэнергетики проста: вместо старой монополии предложена другая конструкция – в энергетике созданы монопольный и конкурентный секторы. Первый – магистральные, распределительные сети и диспетчеризация, второй – генерация и сбыт электроэнергии. Соответственно, в этих двух сегментах отрасли действуют разные логики: в конкурентном секторе должен быть рынок и частная собственность, а в монопольном преимущественно государственная собственность.

Мы начинали реформу со структуры РАО ЕЭС России, унаследованной от прежнего Министерства энергетики и преобразованной в акционерное общество. Главное, что тогда структура холдинга включала 73 АО-энерго в рамках генерации, сетевого комплекса, диспетчирования и сбыта. Таким образом, существовало 73 вертикально интегрированных компаний, которые владели полным комплектом технологических и организационных элементов – от выработки электроэнергии до ее потребления. Но проблема была не в самой вертикальной интеграции – она бывает и полезна, и вредна для экономики. Проблема в том, что в прежней конструкции эта вертикальная интеграция обладала одним крайне коварным свойством – в структуре АО-энерго отсутствовала вообще какая‑либо, даже самая гипотетическая и эфемерная, конкуренция. Она в принципе невозможна: если вы живете в Москве, то будете покупать энергию в «Мосэнерго», если во Владивостоке, то в «Дальэнерго» и т. д. Никаких других условий структура энергетики не представляла, она «завязывала» потребителя на поставщике и исключала первому хоть какой‑то выбор. Это зависимость, ставящая потребителя в подчиненное положение, исключающая заинтересованность поставщика в работе на потребителя и, как следствие, подрывающая эффективность отрасли в целом.

Кроме того, вертикальная интеграция на уровне АО-энерго в действительности была дополнена вторым кругом «вертикали» – на уровне собственно РАО ЕЭС, потому что, кроме АО-энерго, в РАО входили ЦДУ, сети высокого напряжения и федеральные электростанции. Тем самым все то, что не было вертикально интегрированным на уровне АО-энерго, окончательно и необратимо было интегрировано на уровне РАО ЕЭС. Здесь уже сформировалась полная монополия на федеральном уровне, которая второй раз гарантирует невозможность конкуренции.

Ясно, что начать нужно было с радикального изменения структуры – в прежней не могло быть ни рынка, ни конкуренции, ни заинтересованности потребителя. Именно поэтому ключевой набор наших действий был связан со структурными преобразованиями. Каждое из существующих АО-энерго было преобразовано: генерация, выделенная из АО-энерго, объединилась с другими генерациями, сети – с другими сетями (магистральные – с ФСК, распределительные – с МРСК), диспетчерское управление преобразовалось в Системный оператор ЦДУ, а прежний сбыт попал в независимые сбытовые компании.

Эта распаковка была одной из самых трудоемких операций по преобразованию, поскольку АО-энерго до недавнего времени были технологической основой всей энергетики в организационном смысле. Естественно, все наши преобразования вызывали часто неприятие, вплоть до отторжения. В список «врагов» входили ученые, энергетики-практики, губернаторы – они были бурными оппонентами наших преобразований.

У каждого губернатора была «энергетическая кнопка», в экстренном случае он знал, что ее можно нажать. А тут приходит Чубайс и говорит: кнопки не будет…

Кроме того, в число противников входили и крупные олигархические группы, прикладывающие колоссальные усилия к уничтожению реформы, ведь они понимали, что в рыночных условиях потеряют в цене. Недовольства высказывали и представители правительства – некоторые министры и их заместители, работники администрации президента тоже были оппозиционерами преобразований. Я уже не говорю о большинстве противников в сенате. И, что любопытно, противоборствующую сторону заняли даже миноритарные акционеры – в значительной мере  иностранные.

На фоне всеобщего протеста была забавная ситуация, когда на моем столе лежали два письма президенту России практически одинакового содержания – с требованием немедленно уволить меня с занимаемой должности. Одно из писем традиционно было подписано коммунистами, второе – группой западных миллиардеров, крупнейших собственников инвестиционных фондов, владеющих акциями РАО ЕЭС.

К моменту начала работы реформы большинство оппонентов все‑таки согласилось с тем, что созданная нами конструкция реформирования отрасли была разумной.

С другой стороны, для нас оказалось полезным то масштабное сопротивление – мы должны были сверять свои предложения с имеющейся критикой и убеждаться в ошибках. Именно это позволило избежать большого количества просчетов. Во многих замечаниях оппонентов был содержательный смысл, который заставил нас изменить многое из задуманного.

Результатом структурных преобразований стала новая «картинка» энергетики, реализованная сегодня: монопольные секторы отдельно от конкурентных; в монопольных – Системный оператор и сети, а в конкурентных – генерация; государственная и частная собственность, соответственно.

Стоит отметить, что, например, Системные операторы
нынешний и дореформенный не имеют между собой ничего общего. Была трехмерная система, каждая из них не имела отношения к предшествующей, абсолютно дезорганизованная структура по возможностям управления. Сегодня вся собственность консолидирована в одну вертикаль и собрана в единой компании – СО ЦДУ. Консолидация активов в СО – это фундаментальный фактор повышения надежности энергосистемы страны в реформированной энергетике России.

То же самое можно сказать и про ФСК. Ранее внутри РАО ЕЭС был департамент, который командовал магистральными сетями – независимыми юридическими лицами. Сегодня законом введена категория ЕНЭС – единая национальная электрическая сеть. Постановлением правительства определены классы напряжения и группа активов, которые к ней относятся, и эти активы в полном объеме изъяты у АО-энерго, бывших МСК и консолидированы в ФСК. Вся сеть собрана в одну структуру, которая вырабатывает стратегию развития, формирует инвестиционный ресурс, принимает решения о строительстве новых подстанций, воздушных и кабельных ЛЭП, ведет развитие этого сектора.



Как мы «строили» рынок

Вместо РАО ЕЭС России появился конкурентный рынок. Структурные преобразования очень важны, но это половина дела. Вторая часть – это строительство рынка, причем я настаиваю именно на термине «строительство рынка». По степени сложности эта задача сопоставима с задачей запуска космического корабля. Мы потратили на строительство рынка не менее 7 лет, включая тысячи компонентов, без которых эта задача не была бы решена цивилизованно. Кроме того, мы выяснили, что существует не один, а целая система рынков – это совершенно разные рынки.

Каждый из них имеет свои законы, тесно взаимосвязанные между собой: балансирующий рынок, рынок мощности, рынок системных услуг, розничные рынки, рынок производных финансовых инструментов, либерализованная трансграничная торговля. Сердцевина – конкурентный оптовый рынок. Вся эта картинка выглядит по‑разному для каждого региона России. Но есть одна составляющая, доказывающая, что рынок существует, – это цена.

Ночной провал, дневной максимум, утренний полупик и вечерний максимум – понятно, что так должно быть, и цена отражает эту естественность. Это не мы придумали, это рынок сказал. Выяснилось, что рынок гораздо мудрее самого изощренного государственного регулирования. Рынок учитывает день, ночь, утро, вечер, выходные и рабочие дни, зиму и лето. В действительности существует 6 тысяч узлов энергосистемы, в каждом из которых происходит «встреча» спроса и предложения. Рынок в реальном времени каждый час в каждой точке энергосистемы интегрирует эту «встречу» абсолютно точно. Можно ли сопоставить с этим тупой государственный тариф? В чем сигналы? Высокая цена утром – потребитель решает сместить свой спрос на более «дешевый» период суток. Для поставщика: может он нарастить объем продажи в пик – пусть наращивает, это выгодно. Рынок всем дает абсолютно здравые сигналы, которые работают на оптимизацию распределения ресурсов и на эффективность энергетики в целом.



Сверхзадача выполнена

Однако, как известно, рынок имел еще и сверхзадачу – масштабные инвестиции в энергетику страны. Для этого нужно было разработать стратегии трех видов: до 2030 года (целевое видение развития электроэнергетики России), до 2020 года (генеральная схема размещения объектов электроэнергетики) и на пятилетний период (инвестиционная программа холдинга РАО ЕЭС и программы «пятилеток» энергокомпаний, начиная с 2008 года). Все эти уровни РАО ЕЭС проработало и закрыло.

Как только появился пятилетний стратегический план и деньги на его реализацию, сформировался план по вводам мощностей. Если в прошлом году мы ввели 19 ГВт, в этом планируем 22 ГВт, в 2010-м будет введено 12,9 ГВт, в 2011‑м–13, 7 ГВт. Этот график демонстрирует то, что дала реформа энергетики. Очевидно, что другим способом отрасль не могла получить объем финансовых ресурсов и оказалась бы в ситуации тяжелейшего кризиса.

Вместе с тем, для запуска этих процессов энергетика предъявляет колоссальные требования к десятку смежных отраслей. По экспертным оценкам, спрос на генерирующее оборудование вырастет в 8 раз, на электротехнику – в 4 раза, по углю – на 40 процентов, на стройматериалы – в 4,5 раза. Это эффекты для экономики в целом, которые без всякого преувеличения делают энергетику локомотивом.

На этом триумфальный отчет завершается. Теперь о проблемах.



Риски и проблемы

Неправильно было бы думать, что запуск инвестиционного процесса все решил. Сейчас необходимо сосредоточиться на проблемах, чтоб не промахнуться, тем более когда мы переходим от РАО ЕЭС к новой структуре.

Прежде всего, есть проблема, или риск, волнующий большинство инвесторов. Они задают главные вопросы: «Мы инвестируем в энергетику, поверили в либерализацию рынка, а если правительство передумает? Тогда все наши замыслы рухнут? Чем вы можете гарантировать, что этого не произойдет?»

Я считаю, есть как минимум три фактора, защищающих инвесторов, – политический, экономический и юридический. Известно, что есть закон, который запрещает государству с 1 января 2011 года устанавливать государственные тарифы на производство электроэнергии. В то же время все знают, что в России закон может быть или больше или меньше, чем закон в полноценном понимании. Именно поэтому мы разработали специальные механизмы. В частности, набор обязательств инвесторов по вводу новых мощностей юридически закреплен в договорах на поставку мощности – этот документ обязывает инвесторов вводить мощности. И если правительство пересмотрело график либерализации, это заложено в договор форс-мажорными пунктами, означающими, что с определенного момента инвестор лишается обязательств по вводу мощностей.

Следующая проблема связана с приходом «Газпрома» – этот риск сейчас трактуется в крайних формах: есть мнение, что на место РАО ЕЭС придет «Газпром», который все монополизирует. Это не соответствует действительности. Угроза воссоздания РАО ЕЭС не просматривается никоим образом. С другой стороны, заметна другая угроза со стороны «Газпрома», которую пока не так активно обсуждают, – это вероятность манипуляции поставками газа для «своих» и «не своих» станций. Таким способом можно изуродовать весь рынок электроэнергии. И здесь требуется серьезное дополнительное решение.

Еще один риск, который, на мой взгляд, не является настоящим. Это риск потери управляемости отраслью в связи с завершением работы РАО ЕЭС. И в запуске, и в реализации сделано достаточно много, чтобы эти риски минимизировать. Прежде всего мы не просто закрываем компанию – выстроена концепция развития отрасли после закрытия РАО ЕЭС, которая включает в себя государственную и рыночную компоненты. Первая состоит из Минпромэнерго, разделенного на Минпром и Минэнерго. Рыночная компонента основана на Совете Рынка – самоуправленческом органе, который будет подкреплять систему управления электроэнергетикой со стороны рынка, если все участники процесса будут действовать грамотно.

Далее – риск неисполнения программ. Многие аналитики говорят о том, что никто ничего не построит и все рассказы про вводы объектов – это пустые слова. Я напоминаю, что если инвесторы не построят в срок, то попадут на колоссального размера штрафы – это более чем серьезно для них.

Существуют также некие противоположные мнения, авторы которых утверждают, что все инвестпрограммы резко завышены, такого спроса нет и не будет никогда. Особенно любопытно, когда некоторые наши критики занимают сразу две позиции: первая – «все равно вся инвестпрограмма будет сорвана минимум в 2‑3 раза», вторая – «вся инвестпрограмма бессмысленна, потому что она завышена». У нас другая точка зрения. В действительности завышение спроса минимально, и это подтверждается цифрами: если взять генеральную схему по размещению объектов энергетики до 2020 года, то там среднегодовой темп роста на 2008‑2012 годы предположительно составляет 4,4 процента. Давайте посмотрим на факты. За последние годы темп роста составил около 4 процентов. Выходит, мы не так ошиблись в планах.

Следующий риск может серьезно повлиять на реализацию инвестпрограммы – это ценовой риск. Так сложилось, что за последнее время наблюдаются три крупных экономических процесса, которые совпали по времени. Во‑первых, это рост мировых цен на энергетическое оборудование – внешняя причина, за последние три года цена вводимой в Европе единицы мощности почти удвоилась. Во‑вторых, внутри России произошел существенный рост цен на энергооборудование из‑за роста внутреннего спроса. В‑третьих, мировой финансовый кризис – он не завершен, последствия будут сказываться еще два- три года. Результат – существенное удорожание кредитов и снижение их доступности, а кредиты – это львиная доля финансирования инвестпрограмм. Что делать в отношении этого риска? Ответом служит сам рынок, который справедливо разместит дополнительные затраты между поставщиком и потребителем.

Кроме того, реально возникающая на наших глазах конкуренция в энергетике, безусловно, работает на сдерживание темпов роста. Нельзя забывать и о том, что вводы новых мощностей дают новые экономические источники финансирования для генерации.



Чего ждем от правительства

Теперь о рисках со стороны правительства. Прежде всего, хочется, чтобы правительство не сделало глупости – это самое главное требование, а такого рода идеи уже возникают. Идет активное давление со стороны правительство на наших машиностроителей с задачей запретить импорт оборудования – «не мешайте развиваться российскому машиностроению, поддержим отечественного товаропроизводителя». Я считаю, что поддержка отечественного производителя – вещь важная, но еще важнее поддержка отечественного товаропотребителя, которая у грамотного правительства должна быть более приоритетной. В противном случае возникнет кратный рост цены киловатта, а потом и киловатт-часа. На мой взгляд, необходимо правильно активизировать антимонопольную работу. А у нас сейчас поставляемое оборудование – это в большей степени монопольный вид продукции. С другой стороны, правительство должно выработать программу поддержки отечественного машиностроения, и эта программа должна быть не лоббистской, а профессиональной, такая задача по‑настоящему еще не решалась никем и никак. Энергетики со своей стороны сформировали колоссальный заказ благодаря реформе энергетики, но нужно достраивать систему государственной поддержки.

Конечно, это не все риски, которые могут возникнуть в отрасли после реформирования. Но, если сформулировать главный вывод, он простой: фундаментальные, либеральные, рыночные ценности доказали свою абсолютную способность в электроэнергетике России даже с учетом ее уникальных технологических особенностей, требований по надежности и недопустимости рисков, специфики российских условий в целом, с учетом климата – эта задача решена. Следующая задача – выстроить систему управления постреформенной энергетики, не теряя тех фундаментальных преимуществ, которые мы получили.

Отправить на Email

Для добавления комментария, пожалуйста, авторизуйтесь на сайте

Также читайте в номере № 12 (104) июнь 2008 года:

  • ТГК-8 рекомендует акционерам принять оферту ЛУКОЙЛа о выкупе акций

    Продажа акций ТГК-8 по обязательной оферте ЛУКОЙЛа гарантирует инвесторам получение дохода на 14,74 процента годовых выше, нежели продажа указанных ценных бумаг на рынке. Цена последней сделки с акциями ТГК-8 на ММВБ 7 июня составила 0,0383 рубля за акцию, цена в обязательной оферте составляет 0,0398 рубля за акцию. Основными акционерами ТГК-8 являются юридические лица, подконтрольные менеджменту ЛУКОЙЛа. В связи с этим высокая стоимос...

  • Конец истории?

    Середина 2008 года обозначила важную веху в истории отечественной электроэнергетики, которая вступает в новый этап существования с окончательной реорганизацией РАО ЕЭС. Реформа отрасли, инициированная около десятилетия назад, всего за четыре года активных преобразований коренным образом изменила ее состав, структуру и принципы функционирования. Проведенная реформа стала, пожалуй, самым масштабным опытом реформирования энергосистем в со...

  • Тюменская энергетика ремонтируется к зиме

    В Тюменской области начались работы по подготовке к зимнему сезону 2008‑2009 годов. Основные объекты ремонтной кампании филиалов ОАО «Тюменьэнерго» – линии электропередачи и подстанции. На подстанциях идут ремонты выключателей, разъединителей и другого оборудования. Часть трансформторов поставлена на капитальный ремонт. Подготовка к осенне-зимнему максимуму требует техперевооружения. Энергетики проводят замену техники, выр...

  • Словения: На Словенской АЭС произошла утечка охлаждающей жидкости

    4 июня Еврокомиссия выпустила экстренное предупреждение о возможной радиационной опасности после инцидента на АЭС «Кршко» в Словении. В нем сообщалось, что произошла утечка охлаждающей жидкости из первого контура охлаждения на АЭС. Ранее Словенская АЭС сообщила о снижении мощности из‑за проблем в системе охлаждения. Были проведены мероприятия по обеспечению безопасности. Словенские власти заявили, что угрозы радиационного заражен...

  • Выгоды чистой воды

    Мероприятие: семинар «Традиции и инновации в водоподготовке для ТЭЦ». Организатор: ООО «Экотех». Место проведения: Россия, Москва. Состоялось: 3 июня 2008 года. ...