Говорят, неандертальцы не смогли адаптироваться к изменениям и исчезли. А кроманьонцы пережили катаклизмы и стали нашими предками. Есть уникальные понятия, которые важны для одного человека или страны. Один из них — «адаптация».

Энергетика соединяет в себе два противоречия. С одной стороны, есть текущие задачи: обеспечить тепло-и электроэнергию здесь и сейчас. С другой стороны, надо меняться и думать на десятилетия вперед.

На одной из сессий Российской Энергетической Недели слушал я доклад академика о проекте по созданию огромного зеркального экрана на орбите планеты в космосе для аккумулирования и передачи энергии. Дорогой проект, сейчас воспринимается как научная фантастика. Но теоретические изыскания идут. Скептики воспримут такой доклад как «шутку юмора». Но я считаю, что такие кажущиеся преждевременными планы и их возможное воплощение в жизнь — можно и нужно обсуждать не только в кругу теоретиков.

В начале ХХ века авторитетный ученый сказал про коллегу: «Этот калужский абориген, выживший из ума человек, полуграмотный невежда, ничего не понимающий в науке, берется за решение неразрешимых задач, над которыми бились умы знаменитых профессоров».

Знаете, кого он пригвоздил к позорному столбу? Циолковского с его идеей создания и использования реактивных ракет.

Я к тому, что сейчас разрабатывают теории, которые могут полностью изменить ландшафт современной энергетики.

Одновременно с этим есть сложные, но более приземленные задачи. К примеру, что нужно разрабатывать и планировать производство абсолютно нового оборудования для отрасли на ближайшие годы.

В общем, как везде: мечта не должна исключать заботу о хлебе насущном. И потому национальные проекты России (один из них — «Новые атомные и энергетические технологии») — должны быть в приоритете у государства.

И амбициозные планы могут органично сочетаться с банальной подготовкой к очередному осенне-зимнему периоду. Что мы и видим.